Повторять дважды Гретте не пришлось. Я тотчас присела, а над моей головой пронесся небольшой булыжник, угодивший маске аккурат промеж прорезей для глаз. Удар оказался такой силы, что шамана откинуло назад в бальный зал. Он упал, хрипло застонал, а затем и вовсе обмяк.
Довольно хмыкнув, я встала и, наконец, осмотрелась. Некогда богато убранную трапезную было не узнать. В воздухе стояла густая пыль, сквозь которую даже свет от свечей пробивался с трудом. На полу обнаружились еще двое поверженных врагов: один лежал, раскинув руки и ноги (надеюсь, жив), а другой качался по ковру, держась за ногу и тихо подвывая. Дальняя стена наполовину разрушена — проход в помещения для прислуги, как и предполагал император, был завален. Возле него высилась настоящая баррикада из перевернутых столов и стульев. Из-за нее на меня глядели Гретта и Малика.
— Что застряла? — крикнула принцесса. — Бегом к нам!
Другого приглашения я дожидаться не стала. Постоянно оглядываясь, быстрым шагом пересекла зал и протиснулась за услужливо отодвинутый стол. Меня тут же заставили усесться на пол, где уже расположились остальные, дабы «не маячить». Несмотря на боевое настроение рыжухи, в целом меня встретила печальная картина. Кирстен тихо плакала, держа на коленях голову кузена. Светлые волосы барона окрасила кровь, его свечение тускло мерцало — похоже, силы покидали моего рыцаря. Но куда страшнее было то, что Видана, которую крепко обнимала Вайоми, не светилась вовсе и признаков жизни не подавала.
— Она… — я запнулась, не в силах произнести вслух свой вопрос.
Шоколадка меня поняла и мотнула головой:
— Без сознания, — ответила тихо.
— Не пригодны чары Виды для боевых целей, — пояснила Гретта, — вот и истощилась вся, как и ты.
Надо сказать, что свечение моей подруги тоже яркостью не отличалось. Очевидно, снести часть стены ей было непросто, хоть она и храбрилась. А вот Малика казалась полной сил. Едва ото входа послышался шум, обе девушки насторожились и прильнули к щелям своей баррикады.
— Давай! — шепнула брюнетка.
Повинуясь, Гретта подхватила один из камушков, коими было усыпано все вокруг, и подкинула вверх. На мгновенье он завис в воздухе, подхваченных колдовством Малики, а затем устремился вдаль. Не удержавшись, я высунулась из укрытия. Успела заметить, как черный плащ шамана исчезает в проходе, а запущенный снаряд отскакивает от каменной кладки.
— Эх, промазали, — разочаровано вздохнула рыжуха.
Малика помрачнела, а Вайоми попыталась их приободрить:
— Ничего, — заявила она, — зато теперь даже сунуться боятся.
Удивительная сплоченность для девчонок, которые еще вчера наперебой обменивались колкостями.
— Тебя-то каким лихом сюда принесло? — налетела на меня Гретта.
Пришлось торопливо объясняться. Не успела я закончить, как Кира испугано ойкнула и указала пальцем в сторону заваленной комнаты.
— Там кто-то скребется!
— Начали разбирать завал с другой стороны, — заключила я.
Живо сложился план действий: все же у нас имелось сразу пять светлых, хоть и перепуганных голов. Кряхтя и сыпя проклятья, мы передвинули убежище и переместили туда раненых. Несколько перевернутых столов оставили у заваленной стены, за ними я и схоронилась до поры. Гретта с погасила свечи. Трапезная погрузилась в густой полумрак, в котором покачивались светящиеся силуэты. От них отделился один, пожалуй, самый яркий — зелено-золотой. Это Вайоми вышла вперед и замерла, пытаясь сосредоточиться. Если она допустит ошибку или не справится с Силой, весь наш «отряд боевых невест» провалится подпол, досрочно покинув поле сражения.
Шоколадка медлила, казалось, целую вечность. Потому я вскрикнула от неожиданности, когда груда камней сбоку от меня мелко затряслась и загудела. Не то, чтобы я не доверяла Вайоми, но все же отползла как можно дальше. Недаром: каменные глыбы, послужившие некогда надежным строительным материалом, трескались и рассыпались одна за другой, как прогоревшие угольки. Было нестерпимо жарко — действовала больше огненная, чем земляная магия. Но я готова была терпеть, оттягивая момент, когда «истлевшие» камни пропустят к нам врагов, чьи удивленные голоса уже можно было расслышать.
Все закончилось внезапно — деревянный настил подо мной враз перестал дрожать, а гул утих. Я опасливо прильнула в загодя оставленной смотровой щелочке. В образовавшемся проходе показались несколько мужчин, предводитель которых держал в вытянутой руке зажженный факел. Я даже не успела рассмотреть зияющую дыру в потолке над их головами, как огонь на древке недовольно зашипел и погас. Греттина работа: мы условились, что она будет гасить источники света, которые могут меня выдать. Пока враги соображали, что происходит, в них полетели заготовленные снаряды.
— Вон они, — крикнул один, указывая пальцем на сияющих девушек, — чародейки!
Удивляться тому, что мне понятно каждое слово, времени не было.
— Рассредоточиться! — приказал предводитель, отбрасывая бесполезное древко. — Окружить!
