Почти достигнув стены, Поль остановился и осмотрелся. Путь к стене обрывался у пропасти шириной более трех метров, уходившей вниз и терявшейся из виду. Поль попытался унять охвативший его ужас. Если за углом уступ не имеет продолжения, это конец. Поль знал, что ему уже не развернуться назад и не спуститься, особенно когда за тобой лезут туареги, а у тебя нет крыльев. Он медленно дополз до края уступа, осторожно заглянул за угол и… в отчаянии зажмурился. Каменная стена была гладкой. Уступ кончался здесь.
Дрожа, Поль повернул голову и посмотрел в другую сторону. Один из туарегов с винтовкой на плече выбрался на уступ. Второй лез следом. Руки Поля лихорадочно ощупывали поверхность над головой, стараясь найти хоть какую-нибудь зацепку, хоть какую-то опору, позволяющую подняться. Пальцы наткнулись на отверстие. Определить его глубину Поль не мог, но у него появилась идея. Плотно прижавшись к стене, он ощупью нашел на шее ремень винтовки и потянул через голову. Каждое движение было нарочито медленным и добавляющим страха. Ремень сполз по руке и оказался на уровне локтя. Теперь винтовка была у Поля в руке. Схватив ее за приклад, он прижал винтовку к стене и стал двигать вверх, слушая скрежет дула по камню, пока винтовка не оказалась у него над головой. Не отрывая ее от стены, Поль стал перемещать руку вверх по стволу, достигнув таким образом середины ствола. Там он обхватил ствол пальцами и внутренне приготовился к следующему маневру. Он отвел приклад от стены и тихо вскрикнул от тяжести оружия. Ствол вдавился между большим и указательным пальцем, костяшки побелели, и вся кисть напряглась, поскольку приклад тянул винтовку вниз, а Поль старался удержать ее как можно выше. Взмахнув винтовкой, он засунул дуло в обнаруженное отверстие. Этот маневр едва не стоил ему потери равновесия. Конец ствола скрылся в отверстии, однако приклад продолжал тянуть винтовку вниз. Поль толкал ствол все дальше, пока тот не застрял в расщелине. Должен выдержать. Тем временем туарег боком подползал к Полю.
Поль обеими руками схватился за торчащий приклад. Его ноги лишились опоры на уступе, а сам он опасно накренился, перенеся всю тяжесть тела на винтовку. Теперь ноги Поля болтались в воздухе. Туарег, от которого его отделяли каких-то пять метров, молча следил за ним. Он видел, как Поль качнулся. Подняв голову, туарег взглянул на верхний уступ, затем снова на француза, повисшего на своей винтовке. Сквозь щель, оставленную
Поль сознавал: на подъем ему отпущены считаные секунды. Напрягшись всем телом, не щадя мускулы, он потянулся вверх, пока его подбородок не оказался выше ствола винтовки. Лицо Поля стало красным. Он продолжал тянуться. Вот один его локоть улегся на верхний уступ, затем второй. Вот уже и грудь поднялась на уровень уступа, потом живот. Все это время противники продолжали следить друг за другом; движения каждого были медленными, осторожными, точно рассчитанными. Каждый старался сохранить свое неустойчивое равновесие. Винтовка туарега уже достигла локтевого сгиба. Теперь туарег старался ухватить ее за приклад.
Упираясь руками в уступ и по-прежнему не сводя глаз с туарега, Поль подтянулся еще, и его колени оказались на уступе. Протянув левую руку, он оперся о стену. Правая медленно опустилась к кобуре. Колени до боли упирались в дерево приклада и сталь ствола, но разум был сосредоточен на противнике с винтовкой. Туарег уже поднимал ее, держа палец на спусковом крючке. Пальцы Поля, дрожа от напряжения, возились с застежкой кобуры, которую наконец-то он сумел открыть.
Шум они услышали одновременно. Даже не взглянув, они знали, что́ это. Француз и туарег замерли, не осмеливаясь шевельнуться, и вжались в стену, чтобы не попасть под начавшийся обвал. Первыми полетели мелкие камешки вперемешку с песком, затем камни покрупнее. Шум опережал их падение. Поль стиснул зубы, затаил дыхание и закрыл глаза. Несколько камешков ударили его по голове. Он ждал смерти.
