Крик противника заставил Поля открыть глаза. Камень ударил туарега в плечо, выбив винтовку из руки. Рука непроизвольно и резко опустилась, нарушив равновесие тела. С ужасом и изумлением Поль смотрел, как туарег отчаянно машет рукой, стараясь удержаться на уступе. Усилия оказались тщетными. Туарег упал вниз головой. Полы его одеяния затрепетали в воздухе. Сам он с жутким хрустом и треском ударился о какой-то камень и продолжил падать, размахивая руками и ногами. Первый удар ослабил конец его
Поль проглотил ком в горле. Его разум оцепенел от случившегося. Сверху упало еще несколько камней. Он взглянул на последнего туарега. Тот прирос к месту и безотрывно смотрел на синее пятно, застывшее далеко внизу.
Поля трясло. Он медленно подтянулся и встал на винтовку. У него крутило живот. Пока он выпрямлялся, винтовка немного качнулась, но выдержала. Правая рука вновь опустилась к кобуре. Поль достал пистолет. Он не мог промахнуться. Взгляд туарега оторвался от погибшего соплеменника и медленно переместился к французу, стоявшему на своей винтовке. Туарег спокойно ждал.
Поль чувствовал спусковой крючок под пальцем. Он смотрел на голову туарега. У того не было никакого огнестрельного оружия. Только большой меч, по-прежнему находившийся в ножнах и бесполезный против пистолета. Целую минуту Поль смотрел на живую мишень. Туарег не дрогнул. Потом Поль взглянул на винтовку, на которой стоял, и медленно опустил пистолет. Туарег и сейчас не шевельнулся. Поль жестом показал, чего он ждет от противника. Поначалу туарег оставался неподвижным, но, увидев, как Поль вновь поднимает руку с пистолетом, осторожно достал из ножен меч, подержал и швырнул вниз. Сверкнула сталь. Меч несколько раз лязгнул, ударившись о камни, и пропал из виду. Туарег продолжал следить за Полем.
Когда стихли звуки падавшего меча, Поль убрал пистолет в кобуру, а сам, сделав последнее усилие, подтянулся и вылез на уступ. Ощутив твердую, надежную поверхность, он от облегчения едва не потерял сознание. Уступ был широким. Отсюда можно было по нескольким камням легко подняться наверх. Немного передохнув, Поль наклонился над уступом и, упираясь пятками в стену, вытащил винтовку из отверстия. Он чуть не выронил ее, но успел схватить за ствол и подтянул к себе, одновременно отползая от опасного края. Потом взглянул вниз. Туарег оставался на месте. Поль был доволен. Наверх туарегу не подняться, а вниз без веревки не спуститься. Пусть учится летать или остается здесь до старости.
Поль выпрямился во весь рост. Ствол винтовки оказался погнут, и она уже ни на что годилась. Со всей силой, какая у него оставалась, Поль размахнулся и швырнул винтовку вниз, словно это могло освободить его от пережитого ужаса. Затем он повернулся и легко выбрался на вершину.
Оказавшись там, он подумал, что еще не видел столь красивого пейзажа. Поль стоял на массивном плато, окруженном невысокими горами. Позади, на северо-востоке, поднималась громада Серкута, даже оттуда подавляя своим величием окрестности. По плато были раскиданы крупные валуны и обломки скал. То и другое выглядело странно; казалось, боги когда-то собрали их и перенесли сюда. Горы, как всегда, выглядели суровыми, но шероховатость здешних гор сглаживалась впечатляющими песчаными пространствами между ними. Кое-где это было похоже на водопады, только вместо воды в понижениях на склонах гор накапливался песок. В других местах песчаные формации напоминали внушительные ледники, толкаемые рукой вечности сквозь перевалы к долинам. Сползая вниз, пески сметали все на своем пути. Камень был темно-серым, песок – сочных светлых оттенков серого и золотистого. Солнце висело низко, отчего все краски выглядели мягче. Полю показалось, что он находится во Французских Альпах и любуется снегом и льдом горных перевалов. Сквозь легкую дымку зловеще светилось небо, а розовые и пурпурные полосы словно исходили прямо от скал.
Вечерело. Поль проголодался и утомился. Как бы ему ни хотелось остановиться и передохнуть, на это не было времени. Его путь лежал на юго-восток, к основному лагерю экспедиции.
