Неизвестный тенью перемещался по круговому коридору, осматривая каждый сантиметр Маяка. Он хотел добыть как можно больше сведений об охране и его устройстве. Также, его волновала причина, по которой «клапан» закрывался с задержкой. Шлюз не сторожили. Более того, отсутствовало аварийное освещение. «Резервный генератор сдох?». На пути к рубке он не встречал препятствий. Все это напоминало тщательно спланированную… «ловушка!». Неизвестный метнулся за ящики, когда пулеметная очередь загромыхала издали, превращая большую часть коробов в решето с вытекающим содержимым. «Разве не должны отдать приказ… или главный из них – убить Неизвестного? Кто-то слил информацию». Неизвестного зажали. Он не мог перебежать на другую сторону, а число укрытий стремительно сокращалось. Пол залился скользкой жижей, и даже при наличии магнитного диска он не гарантировал бы себе успеха добраться до бойницы с пулеметом. Слишком много патронов, слишком быстрая перезарядка. Тем более, что вскоре заработает электроника, и Маяк подаст сигнал бедствия. Оставались воздуховоды. Неизвестный врубил Плащ Теней и метнулся к потолку. Пулеметная очередь раздробила пол, целясь в тень, но они не знали, где на самом деле противник. А он судорожно цеплялся за арочный выступ наверху, откуда только два выхода: назад, или вниз – под пули. «Дымовые завесы? Если вентиляция не работает, то все задохнутся». Плечевые мышцы ныли, прося пощады. Вдруг он различил размеренное стекание воды. Неизвестный прищурился. Кабели оплетали балочные перекрытия. Он подтянулся и ощупал тот, с которого, как показалось, капала жидкость. По коже пробежал морозец. «Хладагент! Точно!» Как он знал, реактор маяка должен непрерывно охлаждаться. Сейчас система зависла в циклической перезагрузке, но циркуляция «ледового» раствора сохранялась. Осталось вынудить охрану уничтожить собственную систему безопасности. Вырвавшийся хладагент мог заморозить порошковый газ, и на время, скрыть Неизвестного из виду, а когда… «Пора!»
Неизвестный метнул дымовую шашку, и спрыгнул вниз, активируя плащ. Канал с хладагентом находился… (ухо определило его расположение вплоть до сантиметра) рывок левее… и вновь они уничтожают тень. «Эй, смотри, да их там двое, ты по второму пали!». «Черт, заряд плаща падал».
Однако, первые разрывные снаряды уже угодили в тоненький кабель, а в воздух подброшена вторая шашка. Пулемет по инерции метнулся направо, но Неизвестный скрылся за остатками ящиков, выжидая последнего шага – хлынул хладагент, замораживая порошок, и все крыло маяка превратилось в снегопад с застывшими линиями и узорчатыми переливами из голубой консистенции. «Руби! Стреляй!», «Ты нас похоронить хочешь?! Прорыв охладителя! Блокируй туннели! Отходим в дальний сектор» – отдав последний залп, солдаты бросились к одной из камер управления.
Неизвестный же, разогнавшись, проскользил по обледенелому полу, пока над головой свистели взрывные снаряды, и, перекинув тело ногами вперед, настиг пару до того, как та заперла дверь. «Что делать будем? – проговорил он, изымая меч, – Я слышу голос радиопереводчика, где станция связи – отвечайте!». Давление нарастало в висках. Даже стоя в метрах от военных Неизвестный различал, как ухали их сердца. Казалось, глаза бойцов вылезут из орбит. «Она… она в другом крыле» – податливо открылись ему мысли одного из солдат. «А шифры?». «Прямо, за дверью развилка. Поверните направо, по лестнице на следующий этаж. Там крайняя комната. Только вход зашифрован». «Благодарю за сотрудничество» – произнес Неизвестный и ударил каждого в висок. «Если очухаются, пусть выбираются сами».
Их подсознание выдало ему целую плеяду цифр, и он минут пять подбирал пароль к стальной двери, за которой его ждало нечто… Закованное в броню. Одноглазое, и с пулеметным отверстием в груди. К радости или горю, эта машина оказалась столь глупа, что растратила весь боезапас, попутно разнося все приборные панели в попытке настигнуть Неизвестного. Наконец красная лампочка над коридором потухла, а оранжевый глаз безногого робота посинел. Неизвестный высунулся из-за укрытия и оглядел помещение. Корпус капсулы выдержал такой натиск и не дал течь. «Значит, не врут, что для войны собирались». «Не глупо ли со стороны Прокурора оставлять Маяк незащищенным? Или… он расставлял приоритеты: ближайшей помощи ждать то неоткуда. Союзники за Остермолом. А, после весточки Просветителей, если Александр позволил им уйти, – он одинок вплоть до Сонтейва».