– Ловлю на слове, – рассмеялся Декарт, привлекая всеобщее внимание, – надеюсь, ты обошелся иначе с моими ребятами. Я их в обиду не дам. А пока – идем, посвятишь в предстоящую миссию. «Он уже считает наемников своей армией» – подумал Неизвестный. «Не к добру это, ой не к добру».
– Согласись, что ты им предложишь: деньги? Неужели старина Хэль настолько поглупел, что притащил с собой не только часть аванса, но и все золотые запасы Сонтейва? Очнись, я лучше понимаю этих ребят, и не ставлю себя выше их. Лицемерство у наемников не в почете.
– Я думал, они продаются за деньги. А, оказывается, что мне стоит бояться не прокурорской солдатни, а собственных помощников.
– Пока я сидел в камере, обдумал кое-какой план, – сменил тему Декарт, – За это спасибо. В безделье голова работает значительно яснее. Я слышал, что торговец приволок с собой партию серного газа.
– Это крайняя мера, я не собираюсь жертвовать людьми, чтобы завладеть куском камня.
– Но этот остров – не клочок земли, а центр пересечения важных морских путей. Считай, тот, кто завладеет точкой, владеет третью мира. Все дельцы без императорской печати швартуются и укрываются здесь от преследований. Подумай о моих словах, или тебе нужна прямая перестрелка? Лоб в лоб? Полягут тысячи. А так ты и причастен не будешь. Мы мараем руки, а страна остается чиста… Если тебя гложут сомнения, то я могу все выполнить за тебя.
– И устроить настоящий геноцид! Забудь о газе, иначе снова окажешься за решеткой.
– Что ж, как пожелаете, господин… прокурор. Каковы указания?
– Мне понадобится сотня-другая бойцов, которая отвлечет стражу на внешние ворота, Декарт, – старый проход еще действует?
– Если за дни моего заточения ни черта не изменилось, дело в шляпе. Да только благодаря Александру, там полно крыс… Но я не прочь разложить капканы. Тебе нужна канцелярия не так ли? О-хо-хо! А я не промах! Сфабрикуешь его печать и будешь раздавать гостинцы торгашам? Даю пузо на отсечение, они приползут как миленькие. Ну дак вот, послушай: мне что с того? Я возглавлю отряд самоубийц, а Александр то останется – вне досягаемости.
– Сделаешь доброе дело жителям Скал и на покой, отдам тебе остров.
– К черту земли! За ней нужно ухаживать, горбатится что есть мочи, работать, а я предпочитаю – зарабатывать. Деньги, пять тысяч золотых голов. Лысых и переливающихся на свету – не меньше, или сам разбирайся с наемниками. Ты же так умеешь вдохновлять на подвиги! «Идите за мной, умрите во имя свободы!» – Звучит как надо!
Неизвестный скривился, но промолчал. Они ударили по рукам. Он, как и планировал, продолжает следовать «советам» братства Кинжалов, готовясь к выборам. Там и осуществится тотальная дискредитация Александра. Понемногу он овладевал клеймом, но боялся, как бы «маска» канцлера не слетела в самый неподходящий момент. Если Александр выступит против, отказав всем участникам в голосовании, или призовет армию, группы беженцев уже будут в городе. Судя по добытой Декартом карте, линии обороны прокурорской армии растянуты, и даже для такой многочисленной пехоты размер острова чересчур велик, есть множество нехожих троп, которые известны местным жителям. Они и проведут недостающую часть «беженцев» за стены. Корабли отвлекут залпами, и, все – остров чист. «Неужели судьбы тысяч людей зависят от какой-то бумажки?» – эта мысль никак не умещалась в голове. Может ли бюрократический механизм перемолоть прокурора или он вновь выберется невредимым?
Казалось, Декарт позабыл былую обиду, и отправился созывать «ребят». Местом встречи обозначили ближайшую обувную фабрику. Тем временем, Неизвестный наведался в местную почту, интересуясь, не приходило ли на его имя писем. Молодая девушка вытащила из-за прилавка промоченный насквозь лоскут ткани. «Его явно читали». Как и предполагал Неизвестный, Александр прислал вежливый отказ во встрече с глазу на глаз, и посоветовал обратиться к нему непосредственно на вручении регалий. «Значит он поверил в то, что меня не было на «выборах», и не будет готов к тому, что я опубликую его частную переписку с Алькатаром.