Сразу после переворота особенно опасное положение сложилось в юго-западных районах страны. К концу 1851 года здесь сохранились и численно даже выросли тайные республиканские общества, которые выступили против переворота. В двадцати департаментах — Алье, Ньевр, Шер, Монн, Луарэ, Ло, Ло-э-Гаронн, Жэр, Восточные Пиренеи, Эро, Гар, Ардеш, Вар, Нижние Альпы, Буш-дю-Рон, Воклюз, Дром, Юра, Сона-и-Луара, Сарт — вспыхнули вооруженные восстания. Во всех случаях инициаторами и движущей силой сопротивления являлись тайные общества{223}. Так, в департаменте Дром двести двадцать три арестованных признали свое участие в тайном обществе, в Воклюзе в плен к жандармам попали пятьдесят революционеров{224}. Статистика показывает, что социальный состав участников восстания был неоднороден: там были и представители образованных классов, люди, занимающиеся ручным трудом, и, наконец, крестьяне, составлявшие около 50 процентов от общего количества восставших. Причем если часть восставших, принадлежащая к средним слоям общества, сражалась за восстановление юридической справедливости, то крестьяне и рабочие выдвигали социальные требования, отсюда проблема противоречивости социальных сил движения{225}.
Большинство крупных городов к 4 декабря было усмирено, уличные манифестации были подавлены в Тулузе, Марселе, Лиможе, Перпиньяне, Байоне и ряде других. В ряде случаев республиканские активисты, не имея сил продолжать борьбу в крупных городах, направлялись в провинцию и возглавляли борьбу местных коммун, вот почему с вечера этого же дня в части департаментов восстание разгорелось с новой силой. С 5 декабря начались серьезные волнения на юго-востоке страны. В целом на юго-западе и юге страны властям удалось сохранить под своим контролем основные провинциальные центры, и лишь в ряде удаленных мест республиканское правительство было восстановлено на несколько дней. Вплоть до 10 декабря происходили столкновения с войсками в провинции, причем иной раз дело доходило до настоящих сражений.
Особенно сильные волнения были вызваны государственным переворотом на юге Франции, преимущественно в департаменте Геро, где процветали тайные республиканские общества, имевшие много членов из простого народа. В городе Безье под именем общества вспоможения существовало тайное общество монтаньяров, управляемое богатым негоциантом Пере{226}. В департаменте Нижние Альпы тайная организация монтаньяров была доведена до редкого совершенства. Один из трех главных обвиняемых по ставшему известным широкой публике заговору в Лионе, Лонгамазино, был из Дина. Без сомнения, он осуществлял руководство этой организацией, однако его арест вовсе не разрушил организации в его партии. Бывший мэр Манока, Бюиссон, взял в свои руки высшее управление партией в целом департаменте. Рассказывают, что на собрании представителей тайных обществ в Марселе, на котором обсуждался план борьбы на 1852 год, Бюиссон сказал: «Мы готовы выступить по первому сигналу; можно рассчитывать на восстание масс во всем департаменте Нижних Альп»{227}. Он все приготовил для того, чтобы при первой же надобности вся республиканская партия поднялась массою, и события доказали, что меры его были продуманы с большим искусством{228}.
Юридическим обоснованием восстания как в Париже, так и в провинции явилась статья 68 конституции, в которой говорилось, что президент отстранен от должности и что граждане ему больше не повинуются. Из этого следовало, что администрация на местах, которая продолжала исполнять указания из центра, фактически стала сообщницей заговорщиков, и ее следовало распустить. Однако проблема заключалась в том, что Законодательное собрание не имело на местах реальной власти. В большинстве случаев созывались местные советы, к которым обращались с просьбой официально сообщить о смещении Луи-Наполеона и объявить о восстании. Там, где советы или мэрии отказывались выполнить требования недовольных граждан, начиналось восстание, и местные органы власти разгонялись. После создавались новые органы местной власти, которые первым делом пытались разоружить своих противников — людей «партии порядка» и жандармерию. Если в первом случае все происходило более или менее гладко, то жандармы ни за что не хотели отдавать свое оружие и оказывали организованное сопротивление восставшим.
В своей книге «Париж и провинция 2 декабря 1851 года» Е.Тено так описывал сопротивление в провинции: «Восстания начинались в городках и местечках, где нет военных гарнизонов. При первой вести о государственном перевороте влиятельные местные республиканцы собирали своих вооруженных приверженцев, рассылали агентов по деревням и шли против мэрии, брали ее, низлагали и сажали под арест мэра, если он не хотел пристать к ним, затем начинали борьбу против жандармов, единственной местной военной силы, убивали их в случае упорного сопротивления с оружием или тоже брали под арест и, таким образом, становились полными хозяевами и владетелями города.
