— Может, они просто хотят побыстрее разобраться с проклятием? Ведь чем опаснее оно становится, тем больше вопросов будет к великому магистру.
А он явно не допустил того, чтобы информация просочилась в общественность и на него посыпались обвинения.
— Или он хочет, чтобы мы копали в нужном направлении, — сказал Кретов.
— Знаете, какая идея пришла мне в голову? — Полина оглядела нас.
— Какая? — спросил я.
— Что секта может тайно контролироваться Конгрегацией, — понизив голос, ответила Полина. — И теперь, когда запахло жареным, её специально сливают.
Ненадолго воцарилось молчание. Кретов почесал небритую шею и кивнул:
— Не удивлюсь, если так и есть.
— Проверим, — сказал я. — Но пока — используем всё, что у нас есть. Отказываться от помощи не будем, даже от сомнительной. Сейчас нам пригодится любая поддержка.
Полина кивнула, но в её глазах читалось беспокойство. Кретов мрачно вздохнул и вернулся к бумагам.
А за окном дождь стучал всё сильнее, словно торопя происходящие события.
Звонок раздался как раз когда мы начали сверять данные по секте. Нам поступил вызов — неподалёку, на окраине Москвы, сигнальный артефакт зафиксировал появление опасных духов-поглотителей. Они мало того, что могли причинить вред людям, так ещё и легко принимали материальную форму, а в этой форме крушили всё вокруг, поглощая энергию разрушения.
Кретов застонал, потирая переносицу.
— Опять? Это уже третий случай за неделю.
— Что-то их слишком много стало, — я натянул пальто. — Полагаю, что наше массовое проклятие вызывает эфирную нестабильность.
— Ты прав, Григорий, — проворчал наставник, нахлобучив шляпу. — Поехали.
Переулок, где обнаружили духов, напоминал поле боя. Над развороченной мостовой кружили три полупрозрачных существа, похожие на гигантских пиявок. Они высасывали эфир из всего вокруг — деревья стояли почерневшие, а у стены лежал без сознания человек, который держал на поводке такую же бессознательную собаку.
Они оба были живы, судя по аурам. Поглотители славились ещё и тем, что не могли долго сосредотачиваться на одной жертве, так что человеку и его питомцу повезло.
— Вот дерьмо, — пробормотал Кретов, доставая пистолет. — Давай-ка разберёмся по-быстрому, у меня нет настроения их изгонять.
— Просто уничтожим? — уточнил я, и Дмитрий кивнул.
Мы работали слаженно: я связал духов Сетью Сияния, а Дмитрий добил их заряженными пулями. Но даже после этого пришлось полчаса возиться, чтобы очистить местность от остаточной вредоносной энергии.
— Всё, — наставник тяжело опустился на лавочку. — Больше сегодня никуда не пойду.
— Здесь останешься? — спросил я, глядя на то, как медики увозят пострадавшего.
— Угу, — мрачно промычал Кретов.
— Ты просто не восстановился после боя в больнице. Отвезти тебя домой?
— Сам доеду, — махнул рукой он. — А ты в отделение?
— Нет, поеду в поместье. Завтра рано утром есть важное дело, — ответил я, но решил не рассказывать о дуэли. А то вдруг Кретов напросится в секунданты, ему лучше отдохнуть.
По дороге домой я думал о художнике. Он ещё не успел далеко уйти — ритуал показал, что беглец относительно близко к Москве. Сотня километров, может, пара сотен. Но если затянуть с поисками…
Я уже отправил гвардейцев на разведку, но без моей помощи они не могли идти по следу. Однако я поручил им взять фото Феодора и поспрашивать о нём в аэропортах и на вокзалах. Может, удастся напасть на «обычный», не эфирный след.
Завтра, как только проведу дуэль с Волковым, сразу отправлюсь за Феодором. Он почти наверняка успел продать ожерелье, но я всё равно верну фамильную реликвию и накажу художника.
Уже представлял, как втолковываю этому проходимцу, что с Зориными шутки плохи. И от этого, честно признаться, настроение заметно повышалось.
Приехав в поместье, я проверил защитные плетения вокруг дома — всё было в порядке. Перед сном прочитал сотню страниц из очередного учебника, немного попрактиковался, а затем настроил эфирные каналы на восстановление. Завтра понадобятся все силы.
Волков, хоть и не самый сильный и опытный провидец, всё равно может причинить мне вред. Расслабляться не стоит.
Утро началось с того, что в коридоре я встретил Константина. Он был уже при параде, на бедре у него висела шпага. Та самая, которой он когда-то сражался со мной.
— Готов к дуэли, брат? — Костя сиял, как ребенок на празднике.
— Ты выглядишь так, будто мы едем на бал, — я застегивал манжеты, глядя на его парадный камзол.
— Это же исторический момент! Зорин против Волкова! Я даже секундантскую речь подготовил.
— Только не устраивай спектакль, — предупредил я, проверяя эфирный накопитель.
Сегодня мы отправились на моей машине. Константин всю дорогу болтал о том, как эффектно я должен победить, но я почти не слушал. Что-то внутри свербело — ни в коем случае не страх, а скорее предчувствие.
Возле Дворянской палаты возникла небольшая пробка — люди приезжали на работу, а сотрудников здесь была уйма. Причём часть из них передвигалась с мигалками и кортежем, на время тормозя всех остальных.
— Мы опаздываем, — проворчал Костя, взглянув на наручные часы.
— Всё в порядке, — ответил я. — Время ещё есть.
