Осматриваю засидку. Тут есть даже вода в невскрытых пластиковых бутылках. Что идёт вразрез с моими представлениями об изменённых. Бутылки – это часть цивилизации. А тех монстров, которых я видел, я скорее представлю себе лакающими воду из какой-нибудь лужи.
Впрочем, подъёмник с движком и генератором тоже не вписываются в эту схему.
Достаю бинокль и внимательно оглядываю окрестности. Тут же обнаруживается неприятный сюрприз: тепловизор мне без надобности. Потому что жирного кротообразного монстра я вижу отлично, а вот его тепловая сигнатура не светится красным. Значит, придётся рассчитывать только на своё зрение.
Зато неплохо помогает функция лидара. Определяю основные ориентиры и мысленно прокладываю путь. На всякий случай. Пару раз бегаю отлить подальше от засидки. Воздух здесь пресный, в нём практически нет ярких запахов, и потому не хочется предупреждать будущих «языков» о моём присутствии.
Но приходят они лишь на следующее утро. Я успеваю выспаться, оставив Крайта патрулировать окрестности. И один раз отпускаю пожрать. За его охотой на тварей вроде варанов я даже наблюдаю в бинокль. Правда, потом он исчезает внутри одного из зданий, и остальное мне уже не видно.
Ещё пару часов тренируюсь набрасывать на лицо что-то вроде теневой маски. Иллюзия невидимости слишком глобальна, и долго её не продержу. А знать, как я выгляжу, пришельцам вовсе не обязательно. Потому маска необходима.
Первым напрягается химеринг. Потом и я слышу гулкий звук шагов, отражающийся от стен. Следом лязгает трос подъёмника и раздаётся равномерное жужжание электродвижка и генератора.
– Слияние! – тихо командую Шанку.
И накидываю на лицо теневую маску.
Быстро оглядываю окружающее, но нет. Никаких следов я не оставил. Даже воду не тронул – использовал набранную из лианы в прихваченную с собой пустую пластиковую бутылку.
Как только люлька показывается над полом, ласково принимаю обоих пришельцев. Точнее, одного захлёстываю удавкой, а второго приголубливаю Шанкаром по затылку. Не слишком сильно, чтобы не убить.
Этого оказывается достаточно, чтобы на несколько секунд отбить у них охоту к сопротивлению. И вовремя, потому что на шее у обоих висят автоматы. Может, по пути они и держали их наизготовку, но, добравшись до верха, расслабились.
И на вид это нормальные люди, ни разу не мутанты.
Росчерк когтями тьмы – и ремни лопаются раньше, чем мужики успевают подхватить свои пукалки. Молниеносный выпад шипастого хвоста – и калаши уже валяются у моих ног.
Поднимать чужое оружие и тут же направлять его на противника будет только дебил. Хрен его знает, есть ли там патрон в стволе.
Поэтому пинком откидываю автоматы подальше. Мы лучше по старинке. Дубиной. К тому же стрелять здесь, в открытом помещении, – всё равно что подписать себе смертный приговор.
– Р-руки! – рявкаю одному и кидаю ему наручники-стяжку. – Надел на своего приятеля. Быстр-ро!
Он подчиняется беспрекословно. Думаю, шок имеет место. Уверен, особенное удовольствие им доставляет зрелище оскалившегося Крайта.
Но и я тоже удивлён. Те монстры, которых я видел в подземельях Колдуна, резко отличаются от сегодняшних пришельцев. Эти – обычные мужики в хаки. Одарённые.
И их источники на месте. Светлые.
Однако же подыхать от здешнего тёмного эфира они явно не собираются.
– Это – твоя пара, – бросаю ещё одни наручники.
Убедившись, что он не схалтурил при затягивании, по одному выволакиваю их на этаж. Конечно, выволакиваться они не хотят, и приходится малость помахать кулаками и ногами. Но удавка, которая всё ещё стягивает шею одного, и Шанкар в моей руке быстро расставляют всё по своим местам. Так что вскоре ударом сзади под колени я заставляю обоих опуститься на пол.
– Проконтролируй, чтобы не дёргались! – мысленно бросаю коту.
Он подходит ближе, и я вижу на мордах чужаков ужас. Что, нравится моя зверюга? Смотрите бесплатно, пока я добрый.
Нажимаю кнопку подъёмника и отправляю люльку вниз. Чтобы не мешалась, если мне покажется, что два «языка» слишком много и можно одного пнуть в пролом в полу.
– Слышь, урод, мы ж тебя найдём и на эксперименты пустим, – шипит один, и я сразу понимаю, что он мне не нужен. Пинок в грудь – и под испуганное восклицание второго он уже летит в ту самую дыру. С грохотом с его плеч соскальзывает такой же рюкзак, как и у меня.
Правда, летит мужик недалеко. Моя ловчая сеть на его ноге не позволяет ему упасть на подъёмник, качающийся метрах в десяти под нами. Но и четыре метра в свободном падении, будучи подвешенным за щиколотку, – ощущения не из приятных. И с жизнью заранее попрощаешься, и позвоночник с суставами перетрясёт так, что о любом сопротивлении забудешь.
– Тоже хочешь пустить меня на эксперименты? – интересуюсь у оставшегося, подходя к пролому и бросая туда короткий взгляд. Мужик болтается головой вниз, изгибаясь, как гусеница. – Слышь, экспериментатор! Минут через пятнадцать твои органы начнут давить на лёгкие, и ты начнёшь задыхаться. А ещё через полчаса все твои клапаны навернутся, и мозг буквально взорвётся.
Он молчит. Ну, пусть повисит. В том, что я сказал, нет ни слова неправды.
