– Князь Каменский, – говорит император. – Вас ожидает заслуженная награда. А пока позвольте просто выразить вам личную благодарность за поимку опасного преступника и предателя Родины. – И с глубоким интересом спрашивает: – Что это было, князь? Я заметил чёрную нить, которая вытащила эту сволочь из портала. И эта нить ушла к вам.
Клизма Шанкры!
– Вы что-то путаете, ваше величество…
– Нет-нет, – качает головой император. – Я ничего не путаю, и у меня очень острое зрение.
Ну да. Он же орёл. Наполовину как минимум. Грифон – это помесь орла со львом, а орлы видят добычу за три километра. Видимо, даже в человеческой ипостаси.
– Это… родовой секрет, ваше величество.
– Тогда мы с вами должны найти подходящее время и место и побеседовать о ваших родовых секретах. – Он улыбается.
– Конечно, ваше величество. – Вытянувшись в струнку, изображаю ответную улыбку.
Вот так сделай доброе дело – и получишь всероссийскую славу.
А она мне нужна?..
Всю следующую неделю Российская империя говорит только о событиях на императорском балу и разгроме террористической организации «Братство свободных». И бурно празднует, хотя никаких выходных не объявлено.
Оказывается, «Братство» изрядно достало не только аристократов. Несмотря на красивые лозунги, вербовка в члены этой организации велась далеко не всегда добровольно. И, как выяснилось, с размахом. Шантаж, угрозы, откровенное насилие – «Братство» не брезговало ничем. Разумеется, были и фанатики, но их единицы.
И это неудивительно: Россия процветает без всяких переворотов. Россия – одно из сильнейших государств мира, и его гражданам смена власти принесёт только разруху и хаос. Так что ликвидация террористов воспринята как победа справедливости и воцарение безопасности.
Не говоря уж о том, что все прекрасно знают: закрывать разломы способны только одарённые. А потому основная масса российского населения ничего не имеет против аристократов.
Конечно, тот факт, что во главе террористов стоял дядя императора, семью Романовых не красит. Но история любого мира знает далеко не один такой случай, что сглаживает ситуацию.
Зато теперь у народа есть герои.
Целых два.
Первый, бесспорно, князь Виктор Палей – маршал и министр обороны. Именно он, не побоявшись опасности, работал секретным агентом Тайной канцелярии в рядах террористов. Достиг там вершин власти и доверия. Убедил гадов, что нужна не бойня во дворце, а показательный суд над императором и аристократами.
И благодаря ему Тайная канцелярия была полностью осведомлена о планах «Братства». Соответственно, встретила и изолировала террористов на подходе ко дворцу, заменила их своими людьми и сумела взять главных заговорщиков.
Правда, самого главного взял второй герой.
Ага, юный князь Каменский.
Мне не удалось убедить императора, что мой героический поступок следует скрыть. Не удалось это и главе Тайной канцелярии.
Александр Третий просто не понимал, из каких соображений я должен оставаться в тени. Все зачинщики арестованы, и не только они. Огромная благодарность и куча орденов маршалу Палею и Тайной канцелярии – молодцы! Никакой опасности больше нет! А подвиг есть. И он должен быть оценён.
Так что уже через два дня после бала меня представляют к ордену «За заслуги перед Отечеством» и присваивают звание старшего сержанта.
Что приводит в недоумение не слишком образованного Токсина.
– Да это вообще же ни о чём! За такое дело! – возмущается он тем же вечером. Мы сидим всей командой в апартаментах Лекса Львова. – Майора должен получить – не меньше!
Серж Палей ржёт:
– Бери выше – сразу генерала! Чё там…
Наш всезнайка Ильин объясняет:
– Дим, это просто невозможно. Конечно, за особые заслуги могут присвоить внеочередное воинское звание. Но согласно регламенту – не выше того звания, которое предусмотрено штатом для занимаемой должности. Это закон. А Никита – курсант военного училища. Вот если бы он уже его окончил, тогда да. Но и то не майора.
– Поторопился ты, Каменский! – сокрушается Палей. – Надо было пять лет подождать с подвигом.
– Не смешно, – осаживает его Лекс Львов. – Если бы не Никита, Пётр Романов ушёл бы порталом.
– А если бы не твой отец, Серж, – добавляет Ильин, – то на балу устроили бы бойню. И неизвестно ещё, чем бы это закончилось. Плюс, разумеется, ювелирная работа Тайной канцелярии. Так что в натуре не смешно. Эх… – вздыхает он. – Может, надо было в юридический идти… Стал бы следаком…
– Ещё не поздно, – замечает Палей. – До присяги можешь свалить.
Палей высмеивает всё и всегда. Но сейчас и он ходит по училищу с задранным носом. Ещё бы, отец – герой!
Кстати, один из моментов героического поведения маршала Палея в прессе замалчивают. Был бы кто другой – орали бы по всем «жёлтым» каналам.
То, что маршал Палей, не пожалев дорогого костюма, обернулся волком в попытке захватить опасного преступника, – это круто! Только рукоплескать, базара нет. Об этом как раз говорят не умолкая.
Хотя, если честно, волчара в обрывках штанов и болтающейся на лапе жилетке выглядит не героически, а уморительно. Ну, если не обращать внимания на его размеры.
