Семьдесят пять шоферов и два механика едут со мной в Орджоникидзе за грузовыми машинами, «студебеккерами» и «фордами», которые нам предстоит получить и доставить в наш корпус. Время измеряется днями. Из головы не выходят слова замполита: «Вовремя привезти столько транспортных машин — значит обеспечить условия для проведения предстоящей наступательной операции. Прав командир корпуса, — лучше тебя вряд ли кто с этим справится».
Задание сверхответственное. Чтобы выполнить его в кратчайшие сроки, как того ждет командование, одних-приказов маловато, нужен еще глубокий внутренний контакт командира с подчиненными, единство действий и воли. Но люди, от которых главным образом зависит успех нашей поездки, как проявят они себя в столь серьезном деле?..
Шоферы. Казалось бы, что тут особенного? Однако начальник автослужбы полка счел нужным предостеречь:
— Все шофера команды с Колымы. Учтите это… Может, возьмете на всякий случай кого-нибудь из наших?..
Разговор этот услышал заместитель по политчасти командира полка. Он внимательно всматривался, какое впечатление произвели эти слова на инженер-капитана, в его глазах при этом, играя, прыгали все время смешинки.
— Видите, — обратился он к Харлову, — на инженер-капитана это особого впечатления не произвело. И то люди ведь! А с людьми всегда надо находить общий язык.
И вроде прямой поддержки нет, а она уже сделана. И так всегда — говорит не торопясь, а существенно, движется не быстро, но всегда замполита можно найти там, где решается основное.
Услышала: «И то люди ведь!» — и невольно вспомнилось:
«В людей надо верить, надо найти то сокровенное, драгоценное, что есть в каждом человеке, и ухватившись за него, направить жизнь этого человека по правильному пути».
И дядя Коля в каждом воспитаннике находил это сокровенное и «выжигал» с его помощью все отрицательное. В жизнь входили люди, помогающие строить новое общество.
Бредихин стал передовым человеком на заводе. К этому умельцу производства требовалось проявить человеческую теплоту и внимание, чтобы он свое умение без остатка отдал бы на пользу общего дела.
Надо было к русскому крестьянину Косоротикову, в котором жило чувство любви к своей Родине, проявить внимание и веру в его силы в борьбе с врагом, чтобы он освободился от чувства страха перед войной и стал бы отважным защитником своей Родины.
И вспомнились слова наркома черной металлургии, сказанные еще тогда, когда потоки жидкой стали шли на строительство новых заводов, фабрик, на изготовление рельс для прокладки новых железнодорожных путей, на выполнение пятилетних планов: «…молодой член партии, а партийный подход к делу и к людям нашла, и это… обеспечило успех в работе».
Сейчас потоки металла идут на уничтожение врага, на защиту своей Родины, и партийный подход к людям должен быть направлен на решение этой главной задачи.
Итак, команда моя — люди с неблестящим прошлым.
Что за люди?
Перед поездкой собрала их в самой просторной землянке в лесу, куда наш полк был выведен из боев на отдых и доукомплектование.
Сказочной красоты место на Белгородщине с романтическим названием «Зеленый остров». Небольшая поляна с одним домом лесника, окруженная большим лесным массивом. Мы втянулись всей материальной частью в этот необычный остров после бушующих пожаров в окрестных деревнях, а здесь все стояло в своем первородном виде, тишина и покой господствовали кругом.
Однако и в этом покое было не спокойно — нас одолело стихийное бедствие. На Зеленом острове мыши и крысы шли косяками по полям, нашествие это не минуло и наше хозяйство. Помощник командира полка по хозяйственной части объявил жесточайшую борьбу этому стихийному бедствию, и тем не менее мыши и крысы съедали значительную часть суточного рациона хлеба и круп.
То, что мы несли потери в продуктах, это куда ни шло, переносилось относительно легко, но мыши, снующие везде…
Побороть инстинкт самосохранения на войне или зажать его, так чтобы страх подчинить воле, которая являлась выражением святого долга перед Родиной — это достигалось и стало нашей нормой жизни, а вот побороть отвращение и страх перед мышами, мне никак не удавалось.
Как-то, играя еще в детстве с моточком ниток, спрятала его за платьем, забыла о нем, а он при наклоне покатился по рукаву, подумала, что это мышь, и тут же замертво упала.
Сейчас это нашествие мышей было личной трагедией — не удобно боевому офицеру проявлять страх перед мышами, а он есть и никуда от него не денешься.
