— Да как так-то?! — Чёрный опять ругнулся, пытаясь осмыслить, каким образом долбанутый Сизов смог свалить беспрепятственно. Непонятное всегда раздражало, как в случае с Мартой, в девичестве Шнайдер. — Куда исчезает этот упырь? Неисправность аппаратуры, что ли?
— Может, я всё-таки пойду? — Ивану было интересно, что происходит с Сизовым, но упускать шанс увидеть Индиану он совсем не хотел.
— Сейчас все пойдём к тебе, — просипел раздражённо Артур, семейное торжество надо было переносить. — Поверь, я бы тоже с удовольствием забил на шизика и помчался домой. Но возможные последствия… — ему вспомнилось, как когда-то он уговорил сына не сопровождать машину Ольги и Марты, и что за этим последовало. — Я уже влез в твои дела, парень, не могу теперь бросить. Собирайся, будем твою девчонку поджидать вместе.
— А откуда…
— Я досье на тебя собирал лично, ни одной бумажки не пропустил, всё вычитал, — яростно бил по клавишам Артур. — Индиана Москалёва — причина твоих показательных выступлений, которые, ах, какая удача, неплохо сыграли на благо Родины. Всё, готово! Пошли.
В какой момент Вершинин выскользнул из квартиры, где Чёрный с удовольствием поглощал домашние пироги, приготовленные заботливой мамой Ивана, осталось неизвестно. Только спустя время раздались вопли, а служебный телефон Артура начал разрываться от срочного вызова наружного наблюдения.
— Что? — уже натягивая обувь и пальто, орал Чёрный.
— Ворон! Девушка г…горит! Тут… что-то…
Не дослушав сбивчивый рапорт, Артур выбежал во двор. Что он увидел? Да охренеть что!
Некто, называвшийся Сизовым, направлял пламя огнемёта на тоненький силуэт девушки, тело Вершинина тоже был объято огнём, но… он не горел, огонь его тупо облизывал, если так можно сказать. Будто в фантастическом фильме, пламя не достигало тела, просто окутывая его. Парень орал от боли, выгибаясь, как натянутый лук, а вот девчонка уже не издавала ни звука, тихо опадая на землю.
— Окружай! Сизова на поражение! — вопил Чёрный, взбесившись из-за нерасторопности сотрудников наружки. Он уже сам выдёргивает табельное оружие, прицеливается, стреляет по Сизову-пламеносцу, но пули не достигают его. А потом, человек-факел, Ваня, блядь, Вершинин нападает на раздающего огонь, обнимает его, видимо, нежжжно, потому что орёт Сизов, словно летучая мышь, у которой крылья рвут заживо. Ультразвучно так фонит, на весь Питер, похоже. Вдоволь наобнимавшись с огнемётчиком, Вершинин отбрасывает тело, как мешок с говном, и падает возле догорающей девчонки. Пламя с Ивана исчезло ещё во время обнимашек с мудаком-шизоидом, снабжённым огнемётом.
— Твою мать… ну как же так?! — Артур с глубочайшим сожалением оглядывал скрюченную пару молодых людей. — Сука! Да кто ж ты такой? — пнул раздавленное Иваном тело Чёрный и, более не задерживаясь, подошёл ближе к паре.
Девушку проверять на наличие дыхания бесполезно, она ещё дымится, чёрные корки потрескались, чуть приоткрывая розовую плоть под ожогами. А вот Вершинин, как ни странно, не имеет ни одного повреждения! Только одежда сгорела, парень валяется голый. Не задумываясь, Артур накидывает на него своё пальто, бережно укрывая от весенней прохлады Санкт-Петербурга. Проверяет пульс, бьётся! Живой! Но как?! Всё потом, срочно неотложку, труповозку, пригодятся все! В клинику, ведомственную, на Академика Лебедева! Только туда!
Парень внезапно срывается с носилок, не заботясь о том, что абсолютно голый, стоит, пошатываясь, смотрит безумным взглядом на Артура, у него что, вопросы сейчас?
— Аня где?
— Там, — показывает в сторону труповозки Чёрный. Блядь, ведь и каяться не за что, сам сбежал из квартиры, не посоветовавшись, а Артура грызёт вина! Не досмотрел, не уберёг, допустил суку Сизова в свою команду…
— Парень! На вот, накинь, — один из санитаров подаёт ему упавшую простыню.
Иван берёт её, не глядя, кутается. Видно, что его пробивает крупная дрожь. Всё так же пошатываясь, бредёт к носилкам, на которых небрежно лежит чёрный мешок.
— Ань… Аня! Индии! — сначала тихо, а затем всё громче начинает звать девчонку Вершинин. — Откройте! Она же задохнётся!
Сам пытается влезть в машину, открыть мешок. Его останавливает юркий санитар, всадивший успокоительное прямо в голый зад, не всё успел прикрыть Ванюша. Через пару мгновений тяжёлое тело парня вновь укладывают на носилки. На этот раз его увозят без происшествий.
— Шурочка, — пожилая леди чуть придерживает за руку странницу. — Скажи, я когда-нибудь смогу увидеть Индиану?
— Непременно, Серафима Андреевна…
— Шустая! Шустая! — белокурая девочка выбегает из детской, в руках у неё игрушечное нечто, похожее на собаку. Ярко-голубые глазища сверкают, в них вопрос к страннице.
— Милая, я думала, мы с тобой договорились, — чуть хмурится Шустая. — Ты давно должна спать.
— Один вопрос и я засну! — несмотря на нетерпение, Дарья собирается получить разрешение от седовласой.
— Хорошо, но только один.
— Что особенного в рыси? Почему она редко появляется в тройке?
