— Вот это да. Типа… да ладно. Нет, я знал, что вы, заоблачники, как паразиты — всё не помираете и не помираете, — но ведь не настолько же!
— Вижу, вы огорчены. — Лэстрада дернула плечом. — Ну и пожалуйста.
— Что ты вообще здесь делаешь? — вмешалась Фри.
— Следую за Мастером, разумеется. — Лэстрада ткнула ножом в сторону, куда удалились остальные наши. — Он здесь. Отчасти — ради спасения вашей мелкой планеты.
— Как великодушно. — Дан поморщился. — А в остальном — ради личных интересов?
— Очевидно же.
— Какое ему вообще дело до Земли? — резко спросил Стефан. — Вы, темные, только разрушаете.
— Золотце, ты и раньше не выглядел умным, а теперь совсем огорчаешь. Мастер Ранорий — темный посол на Терре. Естественно, он волнуется за нее. Как и о своих вложениях.
Она лукаво переводила взор с меня на Дана.
— Ну как, Индивидуум все еще не осознал положение вещей?
Сара быстро переняла инициативу.
— Ладно послы Магистратов, это их юрисдикция, но Паладины? С какой целью они здесь?
— Один Паладин. Без темного. Терра по большей части принадлежит Свету, и ему же иметь больше голосов в поставленном вопросе. — Лэстрада изящно развела руками. — А в столь серьезных темах, как Зеленый мор… Охо-хо, друзья-приземленные, Паладин необходим. Вы не знали?
По нашим либо смущенным, либо агрессивным взглядам она все поняла и округлила глаза.
— Вездесущая Тьма, они так и не сказали вам, что происходит? Хотя бы понимаете, насколько Мор опасен? Звезды вас настолько ни во что не ставят?
Я больше не мог выносить ее. Кивнув, сказал остальным:
— Идемте отсюда. Узнаем на собрании.
Никто перечить не стал. Я выдохнул, только когда мы оказались достаточно далеко от нее.
— Вот дрянь, — выругался я, бредя по коридору, в широкие окна которого упорно лезли ветви деревьев.
— Не могу поверить, что она все еще жива, — прорычал Стефан, дергаясь от злобы. — Драные дэлары. Нет ничего хуже них.
— Есть много чего хуже, — глухо произнес Дан.
— Возможно! Но этих тварей нужно убивать, всех до единого. Меня выворачивает от того, что приходится просто стоять рядом с ними, вы вообще видели, как она на нас смотрела? Просто мерзость. А тебе разве нормально?
— Конечно, нет.
— Эй, что с тобой? — забеспокоился я, заметив, что Фри отстала от нас и остановилась.
Она нервно глядела в пол, переминаясь с ноги на ногу, явно чем-то встревоженная. Фри всегда была как на ладони и не могла скрыть от меня эмоций.
— Все нормально? — спросил Стефан, направившись к ней. — Это из-за дэларши?..
— Нет, — выдавила она, закачав головой. — Я… это… мне нужно поговорить с Ханной.
— Что случилось?
Стеф попытался подойти ближе.
— Не надо. — Фри отступила, в смятении оглядываясь. — Мне просто… Не опекай меня. Я… — Она наконец посмотрела ему в лицо. — Скоро вернусь.
— Вообще ничего не понял, — признался я, как только Фри скрылась.
Водолей уныло глядел ей вслед.
— Нам лучше не расходиться, — заметила Сара. — Здесь дэлары, Паладин, инквизиторы и одному Свету известно кто еще. Насколько же этот Мор страшный, а?
— С уверенностью можно сказать только, что это уже случалось, — нахмурился Стефан, поворачиваясь обратно к нам. — По трепу Альдебарана и Сириуса это можно было понять. Раз уж их система так отточена…
— Но где это происходило? — Я скептично глянул на них. — На других планетах с приземленными? Они же есть, правильно?
Дан уклончиво пожал плечами.
— Нам мало говорят об этом. Но глупо предполагать, что мы «одни во Вселенной».
— Да, — кивнул Стефан. — Раз они возвели здесь Древо Мироздания, то явно такая рассада была у них не одна. Мы — не случайность. А звездное творение. И больше нам знать не дают.
Я лишь чертыхнулся.
— Ненавижу их недомолвки. Если они создали всю жизнь на Земле, то значит, мы им нужны. Не просто же так заоблачники расселяют на планетах миллиарды душ. Но потом они же считают приземленных бестолковым биомусором. Нами пренебрегают, готовы в расход пустить при каком-то Море!
— Ты задаешь слишком много вопросов, — покачала головой Сара.
— А мне кажется, что мало. Почему тут вообще никто ничем не интересуется?
— А что нам это даст? Что, хочешь докопаться до злого вселенского заговора? Натянуть шапочку из фольги? Макс, иногда лучше заткнуться и не спрашивать, особенно когда ответов нам все равно не получить. Думаешь, ты первый такой умник за тысячелетия протекторства? Спешу огорчить, ты даже не самый мозговитый из них!
Я некоторое время смотрел на нее, пока не выдал слегка оскорбленное:
— Ай.
Мы вышли к большому открытому балкону, откуда был прекрасный вид на мрачные снежные дали и размытую оранжевую полоску на горизонте. По другую сторону от нее и над нашими головами обитала космическая ночь. Виднелись и ладьи, и часть леса, и огромные корни, превращавшиеся в потоки синего света около земли. Я дышал свежим легким воздухом, вкусным, словно летний фрукт, и поглощал глазами окружение.
— Знаете, — сказал я, — если нам и суждено будет умереть, то мы хотя бы будем рядом. Я рад, что успел познакомиться с вами.
— А говорят, романтика умерла, — фыркнул Стефан.
— Ломаешь момент.
— Прости. Хочешь, поплачем в обнимку?
