Марк Андриссен объясняет, что «так же как электронная почта, которую довольно легко отследить, биткойны псевдонимны, а не анонимны. Кроме того, каждая сделка в сети Биткойн отслеживается и навечно регистрируется в цепи транзакций или постоянном журнале, доступном для каждого. В результате сотрудникам правоохранительных органов значительно проще отследить биткойны, чем наличные деньги, золото или бриллианты». Андриссен продолжает: «Любой, кто думает, что в биткойнах легче проводить операции, которые не отслеживаются правительством, на сто процентов ошибается. Все сделки происходят на глазах общественности. Любой человек может посмотреть в бухгалтерскую книгу и проверить, кто чем владеет. Так что, если вы из правоохранительных органов или спецслужб, это гораздо более простой способ отследить поток средств, чем в случае наличных денег. Поэтому на самом деле мне кажется, что правоохранительные органы и спецслужбы в итоге начнут поддерживать Биткойн, а либертарианцы перейдут на противоположную сторону и станут его противниками».
Оказывается, самыми сильными соперниками Биткойн могут стать правительства. Как поясняет Чарли Сонгхерст, «в качестве конкурента Биткойн система гроссбухов центрального банка, поддерживаемого „полным признанием и доверием“ правительства, немедленно достигнет рыночного масштаба. В долгосрочной перспективе это, вероятно, самая большая угроза для Биткойн».
Верхушка Кремниевой долины верит, что Биткойн станет массовым явлением. Но если это так, где он в конечном итоге укоренится? На мой взгляд, лучше всего для Биткойн оставаться не валютой, а протоколом, опираясь на новые возможности, которые предоставляет технология блокчейн.
Точно таким же образом, как
Эта технология могла бы стать весьма недорогим решением для операций, требующих в качестве гаранта стороннего посредника, например юридических документов, брокерских услуг и покупки билетов.
Чарли Сонгхерст считает, что «проблема с интернетом 1995–2010 годов заключалась в том, что он способствовал распространению информации и коммуникации, но в нем не хватало возможности передавать ценности от одного человека другому. С 1995 по 2010 год все отрасли сферы информационных услуг преобразились до неузнаваемости: газеты, музыка, телевидение и т. д., – как и все, связанное с коммуникацией и связью между отдельными лицами: телефон, факс, аукционы, рекрутинг и т. д.». Подчеркивая проблему отсутствия механизма для проведения масштабных транзакций с высокой степенью доверия, Чарли добавляет: «Однако с 1995 года по сегодняшний день интернет не оказал почти никакого влияния на сферу финансовых услуг или юридическую отрасль. Процедура банковского перевода, открытия счета в банке или составления завещания остается неизменной».
Джой Ито, директор медиалаборатории МТИ, объясняет подробнее: «Я подозреваю, что блокчейн станет для банковского дела, права и бухгалтерского учета тем же, чем интернет стал для СМИ, торговли и рекламы. Позволит снизить затраты, освободит множество слоев бизнеса от посредников и уменьшит количество помех. А как мы знаем, что для одного человека – помеха, для другого – доход».
Чарли прогнозирует отмену комиссий по продаже акций или облигаций, поскольку их можно записывать в бухгалтерскую книгу. По его мнению, контракты тоже можно будет инкорпорировать в гроссбух – в том числе свидетельства о праве собственности на физические активы, такие как земля. Это еще один пример того, как цифровые сети и цифровое доверие способны вытеснить традиционных посредников вроде судей и властей.
