— Аптечка наша со мной, — и отец Симеон указал на чемоданчик.
— О, как здорово! — обрадовалась Лиза. — Илья, сейчас мы займемся твоей раной…
Получив чемоданчик, она открыла его, деловито раздербанила упаковку ваты, затем бинта и вытащила какой-то пузырек. Бритоголовый поморщился, но послушно протянул укушенную руку и лишь тихо зашипел, когда девушка принялась одну за другой обрабатывать ранки.
— Кто на вас напал? — спросил тем временем батюшка.
— Существа, похожие на лягушек, — ответил Андрей. — Честно скажу, не самые жуткие из монстров, что я повидал за сегодняшний день. Вы-то, святой отец, как думаете, что сегодня произошло в нашем городе? Илья вон грешит на инопланетян, да только не верю я в них.
Отец Симеон тяжело вздохнул:
— Мнится мне, что Нижним Новгородом все не ограничилось. Судный день пришёл, но не так, как мы ждали, и не так, как сказано в Священном Писании. Закоренелые грешники отправились в ад, праведники — в рай, а те, кто не достоин ни того ни другого, остались здесь, на Земле, превратившейся в чистилище. И дана вышедшим из бездны демонам власть над нами, власть мучить и терзать…
— На демонов эти твари и вправду похожи, — Андрей задумчиво потёр лоб. — Да только не думаю, что они шарахнутся от креста и святой воды. И где тогда ангелы, чтобы помогать нам?
Батюшка вздохнул вновь:
— Не знаю, сын мой… Честно скажу, что сегодня утром, проснувшись в пустой квартире, я испугался… Все сгинули — и супруга моя, и дети… И соседи… Потом я увидел на улице страшилище и решил, что сошел с ума. Я начал молиться, и Господь ответил мне. Я понял, что должен продолжать службу, что бы ни происходило вокруг. Пусть мир наполнится чудовищами и вновь обратится в язычество, должен быть кто-то, кто сохранит Церковь Божию…
Сам Андрей к религии относился равнодушно, но искренне верующих людей уважал, и сейчас, похоже, они столкнулись со священником, для которого христианство было чем-то большим, чем работой с девяти до шести.
— И я пошёл к собору, — продолжал отец Симеон, все более и более воодушевляясь, и его слушали уже и Илья с забинтованным предплечьем, и Лиза с ваткой в руке. — И открыл храм, и возжег свечи, ибо пока есть тут хоть один верующий, не мертва земля эта! И буду служить дальше, пока Господу не окажется угодным прервать дни моей жизни!
Батюшка осенил себя крестом, и Андрей понял — этот человек ни за что не пойдет с ними, он останется здесь, на Стрелке, и довольно быстро погибнет, когда его отыщет «горилла» или свора «собак».
Но погибнет спокойно, с достоинством и чувством выполненного долга.
— Да, это хорошее дело… — проговорил Андрей. — Ну а мы надеемся добраться до тех мест, где все осталось так же, как раньше, где никто никуда не исчез и по улицам не бродят чудовища. Я не верю, что весь мир, от Исландии до Австралии, стал таким, как Нижний.
Вопреки его ожиданиям отец Симеон не стал спорить.
— У каждого свой поиск, — мягко сказал он. — Идите, и да пребудет над вами десница Господня…
— Благословите, батюшка, — смущаясь и запинаясь, попросила Лиза.
Отец Симеон улыбнулся и широко перекрестил сначала её, потом вытаращившего глаза Илью и напоследок Андрея.
— Э, спасибо… — немного растерянно проговорил тот. — Медикаменты мы, пожалуй, оставим вам, сами найдём что-нибудь в первой же аптеке, а сейчас заглянем вон в ту машину, там может быть оружие.
Батюшка возражать не стал, но эта «Волга», в отличие от той, что была на Ванеева, оказалась пустой, словно дэпээсники исчезли из неё вместе с оружием и боекомплектом.
— Если что, мы пришлем за вами помощь, — пообещал Андрей на прощание, и отец Симеон, подняв чемоданчик, зашагал туда, где над домами поднималась громада собора Александра Невского.
— Сожрут, — грустно сказал Илья, глядя священнику вслед.
— Как есть сожрут, — согласился Андрей.
Лиза прерывисто вздохнула, и они пошли в другую сторону, налево от моста, мимо спрятанного за забором комплекса Нижегородской ярмарки. На площади Ленина, рядом с гостиницей «Центральная», обнаружилось ещё одно синее круглое озеро, за Домом книги пришлось огибать свежую, дышавшую жаром трещину в асфальте.
— Есть хочу, — жалобно сказала Лиза, когда это препятствие осталось позади.
— Я тоже пожрал бы, — Илья выразительно почесал живот.
Время подходило к четырем, и тот не особенно плотный завтрак, что состоялся в «Спаре» под оружейным магазином, давно переварился у Андрея в желудке.
— Дойдем до «Республики», пообедаем, — сказал он. — Там должны быть и аптека, и магазин со шмотками, чтобы тебя, Лиза, переодеть, и продуктовый. Тут недалеко, так что потерпите.
Торговый центр «Республика» располагался на площади Революции, на противоположной стороне от железнодорожного вокзала, и до него было не больше километра.
Но уже через сотню шагов они уткнулись в очередную трещину, а при попытке её обойти выяснилось, что огнедышащих провалов хватает во всех окрестных переулках. В результате ушли к самой реке и, двигаясь вдоль неё, выбрались к метромосту, покрытому чем-то похожим на плющ.
Колючая и густая зелень шевелилась и похрустывала, так что приближаться к ней не хотелось.
