Мужик, ставший жертвой избиения, лежал неподвижно.
Оказавшись на открытом месте, Андрей залег и взял под прицел вход в розовое строение, на стене которого виднелись остатки цветастого панно. Не поворачиваясь, махнул рукой. Услышал позади топот, а мгновением позже рядом оказались Илья и Лиза.
— Чо дальше? — возбужденно сопя, спросил бритоголовый.
От необходимости отвечать Андрея избавил укрывшийся в здании боец.
Оттуда донесся дикий вопль, что-то типа «Замочузамочузамочу! Замочу!!!», и солдат выскочил из дверей, держа в каждой руке по «калашу». Автоматы дружно загрохотали, засвистели пули, забарабанили по забору и крыше ближайшего дома.
Чтобы завалить этого недоделанного Рэмбо, хватило одного точного выстрела.
— Хм, надо же, — сказал Андрей, — а вел себя так, словно он непробиваемый.
— Типа, Терминатор, — Илья захохотал. — Надо вон того уконтрапупить, а то вон шевелится, словно паук.
— Сначала допросим.
Андрей поднялся и отправился туда, где корчился на земле последний выживший боец. Судя по кровавым пятнам на гимнастерке, он получил две раны в живот, и убрать его с ведущего на тот свет эскалатора могло только срочное хирургическое вмешательство, да и то — без гарантии.
Мужик, над которым измывались бравые солдатушки, лежал лицом вниз и не двигался.
— Хыы… — Веки на скуластом смуглом лице бойца приподнялись, в глазах мелькнули боль и страх.
— Ты ещё жив, — сказал Андрей. — Но до завтра не дотянешь. Если ответишь на мои вопросы честно — я тебя пристрелю. Начнешь врать — оставлю умирать. Будешь издыхать долго, скулить и просить воды.
Краем глаза заметил, что Лиза подошла к избитому мужику, попыталась перевернуть его на спину.
— Хыы… зачем? — выдавил из себя скуластый.
— Это вы «зачем»! — рявкнул Илья. — Не по понятиям! Вокруг столько всякой хищной швали шляется, а вы тут бухаете и беспредел творите! Говнюки, чтоб вас всех «горилла» поимела!
Похоже, бритоголовый благополучно запамятовал, что не так давно, ещё в Нижнем, сам был не прочь заняться мародерством, а при встрече с Лизой предложил для начала её изнасиловать.
Но Андрей не стал напоминать ему об этом.
— Тихо. Осади, — велел он. — Ну что, будешь отвечать на вопросы?
— Да, — очень тихо сказал скуластый, судя по круглой физиономии и узким глазам, уроженец Башкирии или Калмыкии.
— Сколько вас? Откуда идете?
— Четверо, от Суздаля… — выдавил раненый. — Сначала было пятеро, но один у Павловского в трещину упал… Мы хотели домой… До Казани… Сначала, а там… проснулись тогда в казарме, а все исчезли… Лейтенант Круглов в собачьего урода превратился… Караульного загрыз, сука…
Андрей не знал, какая часть располагалась неподалеку от Суздаля, да это и не имело особого значения. История выглядела понятной до последней запятой: пятеро хлопцев, несших тяготы срочной службы, обнаружили, что, кроме них, на территории никого нет, что «деды» и офицеры сгинули неведомо куда, а единственный оставшийся мутировал в хищную тварь.
Неудивительно, что от шока и чувства безнаказанности у парней съехала крыша.
Найдись меж них кто-то умный, с характером и волей, все могло обернуться иначе, а так бывшие «черпаки» или «слоны» вооружились как следует и двинулись домой, пользуясь по пути правом сильного.
Тот, кто сильнее, тот и прав, — армия учит быстро.
— Все с тобой ясно. — Андрей отвел взгляд от скуластого. — Лиза, что с ним?
Девушка, щупавшая пульс избитому мужику, покачала головой:
— Мертв. Не очень ясно, отчего, похоже, разрыв сердца.
— Так, ясно. Илья, иди, глянь, что там в этом сарае…
Краем глаза заметил, что скуластый шевелится, но посмотреть на него не успел. Грохнул выстрел, резкая боль обожгла бедро. Андрей пошатнулся, ощутил, как горячая струйка бежит по ноге.
— Ах ты, гондон! — крикнул Илья и открыл огонь.
Скуластый боец, ухитрившийся-таки дотянуться до автомата, но не сумевший прицелиться как следует, дернулся и умер. Оружие вывалилось из его ослабевшей руки, от уголка рта потекла красная струйка, застывшие глаза уставились в небо.
— Ты как? — Лиза очутилась рядом, обхватила Андрея за пояс.
— Ничего. — Он опустил глаза: пуля разорвала штанину и прошла сквозь мышцы бедра, однако, к счастью, не зацепила артерию, поэтому кровь хотя и бежала, но не била ключом.
— Так, садись. Снимай штаны! — принялась командовать девушка.
От сунувшегося помочь Ильи она отмахнулась, и бритоголовый, потоптавшись на месте, отправился исследовать розовое здание. Рану Андрея Лиза быстро обработала и перевязала, заставила принять его обезболивающее, а вдобавок сделала укол антибиотика.
— Ну вот, так-то лучше, — с удовлетворением сказала она. — А теперь давай зашью штанину.
Но не успела Лиза взять иголку с ниткой, как на улицу выглянул Илья.
— Там девка, — сообщил он, растерянно моргая. — Её эти уроды, похоже, не только били, а и пользовали.
— Иди, займись ею, — сказал Андрей. — Штаны я сам починю.
Оставаться в трусах было неудобно, и не потому, что он кого-то стеснялся, а просто в середине мая ещё холодновато для того, чтобы расхаживать с голыми ногами.
— Сам? — недоверчиво спросила Лиза. — Ладно, посмотрим, как справишься.
