Завидев людей, «человек-паук» рванул вниз по вертикальной стене с такой скоростью, что выпущенная бритоголовым очередь прошла мимо. Когда твари до земли осталось метров пять, Андрей швырнул первую гранату и приготовился, если надо, бросать вторую.
Грохнуло, полетели какие-то ошметки, куски облицовки, обрывки паутины.
— Неужто готов? — спросил Илья, нервно тиская автомат.
Монстр вылетел из облака взрыва, точно несущийся к Земле астероид, вскинул передние ноги. Многочисленные раны, покрывавшие тело, и наличие обрубленных или бессильно волочащихся конечностей ему, казалось, совершенно не мешали.
Через миг он оказался так близко, что гранату в ход пустил бы лишь самоубийца.
Застрекотали два «калаша», и Андрей холодно, очень спокойно подумал, что в крайнем случае не сможет убежать или увернуться от несущегося на них врага — помешает не зажившая до конца рана.
Но десятки пуль массой под три с половиной грамма, летящих со скоростью чуть меньшей, чем километр в секунду, сделали своё дело — «человек-паук» зашатался, побежал чуть медленнее, а затем тяжело осел наземь. Глаза на человеческой голове полыхнули злобой, прянул вперёд скорпионий хвост, и жало вонзилось в асфальт в каком-то метре от Андрея.
Но это оказалось последним усилием — тварь дернулась и затихла.
— Давай контрольный! — воскликнул Илья и потащил с плеча «Ремингтон».
Андрей не стал ему мешать — лучше потратить лишку боеприпасов, но убедиться, что все сделано на совесть.
— Есть! Победа! Мы круты, как вареные яйца! — радостно завопил бритоголовый, разнеся в клочья голову «человека-паука».
— А ещё такие же белые и пушистые, — добавил Андрей, разглядывая груду плоти, недавно бывшей жуткой тварью, а ещё две недели назад — обычным человеком, почти таким же, как и он.
И у этого человека наверняка были родители, любимая девушка, друзья…
Но неведомая сила, до сих пор непонятно, разумная или нет, уничтожила все это, а выжившего лишила разума и обрекла на участь кровожадного хищника, погубителя собственных сородичей.
И они называют это «Преображением»?
Накатила злость, захотелось разрядить оружие в серое, равнодушное, сеющее дождём небо. Андрей в очередной раз подумал, что потратит жизнь на то, чтобы разобраться, что произошло, кто виноват, а затем добраться до горла этого мерзавца или мерзавцев.
И провести над ним небольшой познавательный «опыт».
— Ладно, надо идти дальше, — сказал он, прикладывая усилие, чтобы успокоиться. — Где там наши барышни?
Лиза и Маша оказались рядом уже через пару минут, причем уроженку Лемешков мертвая тварь не испугала — страх, пережитый девушкой, был связан в первую очередь с людьми.
Паутину все равно пришлось обходить, а затем ещё и огибать возникшую прямо на глазах трещину. Асфальт раскололся совершенно беззвучно, и из недр вместе с языками огня вырвалось облако серного запаха, напомнившего о том, что именно так, если верить древним легендам, воняет в аду.
Добросельская улица превратилась в Большую Нижегородскую, но продолжала тянуться так же прямо. После очередного перекрестка справа возникла обширная промзона, слева показалось совершенно целое здание с надписью «ВЛАДЭНЕРГО» на крыше.
— Может, там остался кто? — предположила Лиза. — Электричество-то в домах есть.
— Есть, факт, — сказал Андрей. — И канализация работает, и вода идёт, что странно. Но в то, что это происходит потому, что кто-то где-то сидит и этим процессом управляет, я не особенно верю.
Вскоре промзона оказалась уже с двух сторон, а затем они подошли к мосту через небольшую реку. Слева обнаружились железнодорожные пути, а за ними — предприятие за высоким забором.
Мост казался куда более надежным, чем тот, что вел через Нерль, а вот вода в речушке была ярко-зелёной, точно в неё опрокинули не одну канистру краски. На перилах красовались плети того же «плюща», но тут они выглядели куда менее длинными и не настолько живыми.
На людей по крайней мере отреагировали еле-еле, слабым шевелением.
Едва они прошли середину моста, Андрей почувствовал, что на него кто-то смотрит — пристально, с нескрываемой угрозой. При этом не было сомнений, с какого направления, — с юго-запада.
Это напоминало ощущения, пережитые в видении, когда за спиной возникла фигура из клубящейся тьмы. Походило на то, что было сразу после, когда постоянно хотелось оглянуться, чтобы проверить, не стоит ли кто за плечом. Но в то же время выглядело иначе — здесь не появлялось впечатления сокрушающей мощи, способной раздавить человека одним пальцем.
Откуда могли смотреть, Андрей не представлял, — в поле его зрения не было ни единого живого существа, зато имелось полно мест, где легко затаиться так, чтобы тебя обнаружили, лишь подойдя вплотную.
И ещё ему вспомнились «Властелин колец» и Око Саурона, пылавшее между распорками на вершине уродливой башни.
«Что за ерунда мерещится?» — подумал он, изо всех сил пытаясь избавиться от неприятного чувства.
