— Нет, нет… — Лиза уже не кричала, она шептала, прижав руки ко рту, и лицо её было белым.
— Может, свяжем его? — предложил бритоголовый. — Убить всегда…
Он охнул и согнулся от удара под дых — рывок пацана оказался таким стремительным, что Андрей на миг потерял того из виду. Поспешно отступил, и рука найденыша, нацелившаяся на ствол «калаша», ухватила только воздух. Спусковой крючок сдвинулся под пальцем, а очередь, как всегда в помещении, прозвучала оглушающе.
Рика отбросило, но он опять сохранил равновесие, а из дырок в груди потекла не кровь, а нечто прозрачное.
— Терминатор… — глаза Ильи, и так большие, выпучились ещё сильнее.
— Лиза, видишь теперь? — спросил Андрей, не отводя глаз от лица «ребенка».
Девушка слабо охнула, а он нажал на спусковой крючок ещё раз, выпустил всю обойму в это существо, лишь похожее на человека, сыгравшее роль найденыша для того, чтобы прибиться к ним…
Рик покачнулся, открыл рот, точно собираясь что-то сказать, и упал вбок.
— Осторожнее, это, вероятно, ловушка! — предупредил Андрей. — Лиза, на пост!
Снаружи тоже может подобраться враг, и кто знает, не в сговоре ли «мальчишка» с той тварью, что идёт за ними от Красной площади?
— Да, я… конечно. — И, сглотнув, она развернулась и ушла на кухню.
— Зажги фонарик, — велел Андрей, не отводя глаз от Рика.
Илья полез в карман рюкзака, щелкнул выключателем, и луч света уперся в мертвое существо у стены: оно лежало неподвижно, вроде бы не дышало, а по полу расползалась лужа бесцветной слизи.
— Хм, надо же… — произнес Андрей. — Прикрывай меня.
Он подошёл к Рику, опустился на корточки и осторожно взялся за запястье — оно было холодным, сердце не билось, хотя все это могло быть ловким обманом, трюком.
— Контрольный в голову? — предложил Илья.
— Придется, — Андрей протянул руку. — Дай пистолет.
«ПМ» дернулся в ладони, точно живое существо, и аккуратная дырочка «украсила» висок фальшивого мальчишки. Чем бы ни было то, что путешествовало с ними последние десять дней, оно теперь наверняка сдохло.
— Иди, смени Лизу, — сказал Соловьев.
Бритоголовый ушёл, на смену ему явилась девушка, лицо которой блестело от слез.
— Убийца! — прошептала она, глядя на Андрея почти с ненавистью.
— Я не мог поступить иначе, — развел тот руками. — Иначе он убил бы меня, а потом и вас… Ты не собираешься сделать вскрытие?
Лиза вздрогнула от неожиданности.
— Что? Ты свихнулся?
— Хотелось бы понять, что это такое.
Девушка помедлила мгновение, и выражение лица у неё было такое, будто она раздумывает — ударить или плюнуть. Затем она глубоко вздохнула, а когда пошла туда, где лежал её рюкзак, Андрей понял, что победил.
В свете фонаря блеснул скальпель, запахло спиртом.
На само вскрытие он смотреть не стал — не был уверен, что ему это понравится, ну, и для того, чтобы не смущать Лизу. Ушёл на кухню, к Илье, и там полчаса просидел на табурете, таращась в окно, на залитый лунным светом двор, на забор и на поднимавшиеся над ним тёмные силуэты домов.
Раздались шаги, и девушка вошла на кухню — сгорбившаяся, с опущенной головой.
— Выпить хочется… — сказала она.
— Да не вопрос! Сейчас сообразим! — отозвался Илья и, дождавшись кивка Андрея, умчался в глубь квартиры.
Похоже, бритоголовый отыскал алкоголь ещё вечером.
Притащил он бутылку пятизвездочного армянского коньяка и три водочные рюмки. С хрустом открутил крышку, и по помещению расплылся запах откормленных кавказских клопов.
— Спасибо, — проговорила Лиза, получив одну из посудин, и выпила так, словно это была вода.
Андрей пригубил коньяк, покатал на языке, Илья залпом прикончил свою порцию и торопливо налил ещё.
— Это не человек, — сказала девушка, глядя в сторону. — Я не стала…
Тут, похоже, у неё перехватило горло, и Лиза судорожно протянула Илье рюмку.
— …не стала… — попробовала она продолжить. — Он ел, дышал и двигался, как мы, но был другим, совсем другим… А я… Как я могла поверить, что он… Как я могла быть такой дурой?
— Нас всех провели, — сказал Андрей. — Выпей ещё, успокойся, а я пойду, уберусь.
Резала мальчишку она прямо на полу, только оттащила подальше от того места, где лежали спальники. Но грязи, крови и вони, что всегда появляются при вскрытии человека, не было, лишь слабый запах сырого мяса. На простыне, вытащенной из ящика дивана, находилось то, что недавно было не просто живым, а опасно живым.
Он старался не вглядываться, просто свернул все в тюк и потащил к двери, чтобы оставить где-нибудь в подполе, но все же кое-что увидел — нечто черное, ребристое в горле, там, где у людей трахея, и жёлтые чешуйчатые «сосульки», занимавшие место кишечника.
Когда вернулся на кухню, обнаружил, что Лиза тихо плачет, а Илья неуклюже пытается её утешить.
— Ну, чего это ты… не надо, — бормотал он. — Это ж козел был, чего его жалеть?
Появление соратника бритоголовый встретил с облегчением и потянулся к бутылке.
— Тебе надо поспать, — сказал Андрей. — Пойдём.
— А вдруг он мне приснится? — Лиза подняла залитое слезами лицо.
— Не приснится, я буду рядом.
