Туристы, которых полчаса назад выпроводили из атриума, поспешили обратно. Маленький ребенок бросил любопытный взгляд на Джару, но мать, подхватив его на руки, пробежала мимо Альберта Эйнштейна, торопясь в зал Теории Относительности. Следом появилась шеренга объятых паникой охранников Сурина в зелено-голубых мундирах, с иглометами наготове, ищущих какое-нибудь удобное место, где можно было бы занять оборону. Джара, как могла, постаралась слиться с открытыми сандалиями Шелдона Сурины, но никто не обращал на нее внимания. Определенно, на этот раз Лен Борда даже не потрудился прикрыться вымыслом о необходимости защиты памятников ученым.
За окном проследовала первая колонна солдат Совета по обороне и благосостоянию. В предвечерней дымке их белые балахоны казались одеяниями призраков – дерзкий вызов вопросу маскировки. На лицах солдат застыла каменная безучастность, добиться которой можно только с помощью био-логики. Войска целеустремленно направлялись к Шпилю Откровения, где наверху, предположительно, укрылась Маргарет в ожидании апокалиптического финала. Джара осторожно выглянула в другое окно, из которого открывался вид на вход в Шпиль. Совсем недавно там находилась группа сотрудников службы безопасности Сурина, однако теперь их и след простыл.
Что в такой ситуации сделал бы Нэтч? У Джары не было никаких сомнений относительно того, что бы он сделал: несмотря ни на что, начал бы презентацию и оставался бы на сцене до тех пор, пока его не стащили бы оттуда силой или не разнесли на миллион кусочков.
У Джары в голове оформилась мысль – мысль, которая маячила на задворках ее сознания уже несколько часов, несмотря на то что она категорически отказывалась ее признать.
А почему она сама не может провести презентацию?
Запустив рассудок в комплекс Сурина, Джара убедилась в том, что зрители и не думают расходиться, несмотря на вторжение войск Лена Борды. Представитель феодкорпа «Мультиреальность» Сурина-Нэтча должен был выйти на сцену чуть больше чем через час, и в аудитории уже собралось почти четыреста миллионов мультипроекций. Если это число будет расти и дальше, толпа станет более многочисленной, чем та, которую собрала Маргарет на прошлой неделе, – быть может, даже достигнет цифры 1,3 миллиарда – столько человек присутствовало на похоронах Маркуса Сурины сорок шесть лет назад.
Когда топот солдат стал просто оглушительным, Джара зажала уши руками и забилась еще дальше в тень. Все еще чувствуя себя уязвимой и открытой, аналитик залезла в мешочек с био-логическими уловками и включила «Кокон 32», программу Лукаса Сентинеля, которая в прошлом уже столько раз помогала ей успокоиться.
Джара сразу же ощутила, как суматоха окружающего мира отступает по мере того, как ее КОПОЧ приглушают звуки и гасят краски, превращая все вокруг в безликое серое пространство. Ни «Конфиденциального шепота», ни входящих сообщений. Ни болтовни «Моря данных» на заднем плане.
Сможет ли она перед лицом миллиарда человек рассказать о технологии, в которой сама едва разбирается? И речь идет не о какой-то рядовой технологии – возможно, это самое радикальное изобретение в истории человечества, и до сих пор еще никто его не опробовал.
Существовал миллион причин, почему Джара не могла сделать презентацию. У нее абсолютно нет опыта выступлений перед огромной толпой. У нее плохая репутация в сфере био-логики. Вот уже почти двадцать лет она не держала в руках бейсбольную биту.
Но какие еще варианты есть у нее в настоящий момент? Улизнуть на станцию трубы и вернуться домой? Дождаться, когда шум утихнет, после чего бросить униженный «Конфиденциальный шепот» Лукасу Сентинелю, умоляя взять ее обратно на работу?
«Джара, взгляни правде в глаза, – сказала себе аналитик. – Ты хочешь потерпеть неудачу».
Эта мысль удивила и разозлила ее. Она хочет потерпеть неудачу. Хочет, чтобы последнее деловое начинание Нэтча провалилось в преисподнюю. Аналитик мысленно представила, как она выглядит со стороны: маленькое трепещущее, перепуганное создание, сжавшееся в комок под ногами у мраморных голиафов, людей с каменными сердцами и каменной волей.
И вдруг что-то у нее внутри взбунтовалось. «Это не я! – подумала Джара. – Я не такая. Настроиться на неудачу – это все равно что принять смерть. Если я просто собираюсь сидеть сложа руки и ни во что не вмешиваться, мне вообще незачем было появляться на свет!»
Собравшись с духом, Джара досчитала до двадцати и отключила «Кокон». Она приняла решение.
Как раз в этот момент из-за угла вывалилась знакомая внушительная фигура. Увидев аналитика, мужчина резко остановился посреди зала, однако толстая прослойка жира у него на животе продолжила двигаться, подчиняясь закону инерции. Статуя Исаака Ньютона весело проводила взглядом то, как Хорвил распластался на полу в полном соответствии с теориями великого ученого.
– О, слава богу! – взревел инженер, подползая на четвереньках к Джаре. – Я искал тебя повсюду!
Джара бросила на своего коллегу-подмастерья взгляд, полный стальной решимости.
– Хорви, презентацию сделаю я.
Хорвил изумленно разинул рот.
