Подобрав мяч, Нэтч бросил его в воздух и снова промахнулся.
С пятой попытки он наконец прикоснулся к мячу. Однако нижний край биты лишь скользнул по мячу, отчего тот кое-как добрался до первой базы и, немного прокатившись по земле, остановился во внутреннем поле.
– Блин, Хорвил, у меня ничего не получается! – вспыхнув от ярости, воскликнул Нэтч. – Разве ребята Бена не слепили вместе эти программы? А ты какого хрена делал последние несколько дней?
– Команда Беньямина работу выполнила, – сказал Куэлл, изо всех сил стараясь не обращать внимания на пренебрежительное отношение мастера феодкорпа. – Я сам протестировал программу.
Инженер похлопал своего босса по виртуальному плечу.
– В тот самый момент, когда начинаешь замах, нужно подключиться сознанием к интерфейсу «Вероятностей» и убедиться в том, что…
– Оставим это, – проворчал Нэтч. – Времени нет. Я как-нибудь разберусь сам. Джара, покажи сценарий.
Джара повиновалась. «Дай лучше презентацию проведу я, – чуть не сказала вслух она. – Я готова, последние несколько дней у меня была возможность поэкспериментировать с «Вероятностями 1.0». Но аналитик увидела в глазах Нэтча стальную решимость, безумную целеустремленность, которая включалась всякий раз, когда он оказывался загнанным в угол. Маленький катарсис, случившийся с Джарой в музее, извивающимся червяком скрылся в песке. Такой итог был неизбежен. Нэтч ни за что бы не упустил возможность выступить перед такой огромной аудиторией. Как и предсказывала Джара, он проведет идеальную презентацию, если понадобится, ценой собственной жизни. Она рассеянно подумала о том, как живые, дышащие люди наверху соотносятся с той невидимой публикой, перед которой мысленно выступал все эти годы Нэтч.
– Джара, скажи, смогут ли зрители воспринять все эти расчеты? – внезапно спросил Нэтч. Глаза у него стали желтыми и голодными, как у койота. – Скажи, что мы не вызовем еще сотню новых инфошоков.
– Ну, специалисты Сурина полагают, что…
– Я не хочу ничего слушать! Просто скажи – да или нет.
Био-логический аналитик на целых три секунды задумчиво поджала губы. Еще никогда прежде она не испытывала к Нэтчу такую лютую ненависть. Еще никогда прежде он не казался ей таким неотразимо сексуальным.
– Да.
– Хорошо! А теперь разыщи Бена и Мерри. Вы втроем прочешете толпу и найдете самую милую до тошноты девочку на Земле. Я имею в виду возраст пять лет, косички и все остальное.
– В мультисеть допускаются лишь те, кому уже исполнилось восемь лет, забыл?
– Ну хорошо, тогда восемь лет. Но ни дня старше! Обозначьте ее координаты в пространстве маячком, чтобы я смог ее найти. Хорвил! – Инженер вытянулся в струнку с таким видом, будто был готов отдать жизнь за феодкорп. – Найди верстак. Мне нужно, чтобы ты написал программу так быстро, как не писал никогда в жизни. Мы должны внести пару изменений.
– Что ты задумал?
Нэтч выдал несколько полиномов. Хорвил повернулся к Островитянину, тот кивнул:
– Это осуществимо, – пробормотал Куэлл. – Может быть.
Через считаные мгновения все трое уже выскочили в дверь и скрылись в другом коридоре.
– Джара, я еще никогда не видел Нэтча таким напуганным, – сказал Серр Вигаль, когда они направились обратно к лестнице и двери, ведущей в аудиторию. – И пожалуй, я сам никогда так не боялся за него.
Джара дружески обхватила нейропрограммиста за талию. Вигаля уже давно никто не называл молодым человеком, однако за последние несколько недель он, казалось, состарился сразу на двадцать лет.
– Я бы тоже испугалась, если бы меня напичкали черным кодом, – сказала Джара. – Но ты не волнуйся, Вигаль. Одно нападение Нэтч уже пережил, а сейчас, когда здесь все кишит солдатами Совета, сомневаюсь, что у кого-либо хватит глупости предпринять новую попытку.
– Кажется, ты ничего не понимаешь, – удивленно посмотрел на нее Вигаль. – Нэтч опасается не новой атаки. Ему до сих пор не дает покоя первая.
– Ты хочешь сказать?..
– Нэтч до сих пор заражен. Программа, оглушившая его, не самоуничтожилась. Больше того, мы считаем, что пробудил его именно код.
– И что в таком случае делает этот код? Чего он ждет?
– Мы не знаем. Вот что внушает нам страх.
Того, кто пару недель назад предположил бы, что полмиллиарда человек соберется в аудитории Сурина в ожидании демонстрации продукта, предложенного Нэтчем – мерзавцем, выскочкой, карьеристом Нэтчем, – подвергли бы в «Море данных» разгромной критике ученые мужи био-логики, «знающие, что к чему». Теперь же церберы задавались вопросом: «Если никому не известный предприниматель может так стремительно взлететь на самый верх иерархической лестницы, если один человек способен смести со своего пути накопленные за многие поколения правила и принципы, осталось ли в жизни что-либо незыблемое?»
Верховный управляющий Лен Борда вышел на сцену, и толпа притихла. Публику, только что с добродушным весельем наблюдавшую за вторым вторжением войск Совета, затянула угрюмая пелена.
Выйдя в середину сцены, верховный управляющий обвел собравшихся пристальным взглядом. Полмиллиарда зрителей застыло в ожидании, не произнося ни слова. Так прошла целая минута.
