— Козёл! — одними губами по-русски прошептала Платина, едва удержавшись от того, чтобы плюнуть ему вслед: «Нашёл же чем попрекать. Да не отдай я тому громиле цацки, он бы снял их с наших трупов! Ему что, безделушки дороже сестры с матерью? Или он просто докопался, чтобы испортить мне настроение?»
Неприятный разговор вновь взбудоражил память, заставляя вспомнить трагические события вчерашнего дня. Волчий вой, крики обезумевших животных, убийства, знакомый пугающий след с чётко обозначенным каблуком.
— Что-то нужно, госпожа? — встрепенулась дремавшая на свёрнутом матрасике Оки.
— Ничего, — отмахнулась хозяйка, но тут же передумала: — Принеси чаю… Или просто воды.
— Слушаюсь, госпожа, — откликнулась служанка.
Едва она вышла, Платина встала с табуретки и, разминая мышцы, неторопливо зашагала из угла в угол.
Внезапно она остановилась и даже покачнулась, словно от удара. Нападение бандитов, убийство ни в чём не повинных людей, знакомый след, странная болезнь Иоро настолько поразили её, что приёмная дочь начальника уезда только сейчас поняла очевидную вещь: теперь Хваро свободен от данных родителями обязательств! Изумо Канако мертва, и он не виноват, что не успел на ней жениться! То есть место его супруги теперь вакантно.
И тут, как на зло, вошла Оки с чаем! Понимая, что проявление радости в свете сложившейся в доме обстановки будет выглядеть слишком цинично и неуместно, девушка приказала:
— Поставь на стол.
А сама подошла к окну и уставилась в белую бумагу.
Неужели у неё появился шанс стать старшей госпожой Хваро? Баронессой! Пусть рано или поздно супруг может завести наложниц, но, по крайней мере, она получит очень высокий статус в здешнем обществе, будет самой главной в доме, и ей не придётся лишний раз унижаться!
Однако, внезапно прорезавшийся «внутренний голос» испортил настроение девушки, напомнив, что она всего лишь приёмная дочь далеко не самого крупного чиновника. Вдруг Хваро или его родственники посчитают её недостойной звания супруги столь знатного и богатого землевладельца? В этом мире все повёрнуты на «статусах» и «рангах».
«Так что ты, подруга, зря губу не раскатывай, — самокритично охладила свой пыл путешественница между мирами. — Если первой наложницей станешь — и то хорошо. А в супруги ему, небось, какую-нибудь сильно родовитую стерву подберут. Может, ещё хуже Изуко окажется?»
Горько вздохнув, она подошла к столу, тяжело плюхнулась на табурет, скорчив обиженную гримасу, взяла заботливо наполненную служанкой чашечку и тут же поставила её обратно.
«Ему же траур соблюдать придётся! — вспомнила Платина местные обычаи. — Целый год жениться нельзя».
И тут же возразила себе: «Церемонии бракосочетания не было. Формально Изуко ему не жена. Значит, и траура никакого не надо».
Вновь взяв чашечку и сделав маленький глоток, девушка попыталась спокойно обдумать сложившуюся ситуацию. Вывод напрашивался очевидный: с гибелью невесты барона лично для неё ничего не изменилось. Разве что теперь она точно узнала, что Хваро её любит. Но это случилось ещё до нападения разбойников на караван.
Ия не сомневалась, что по возвращению приёмный папаша её точно навестит, но ждала этого не раньше завтрашнего утра. Но тот заявился в сумерках, когда девушка уже собиралась готовиться ко сну.
Отвесив положенный поклон, она пригласила его присесть и приказала Оки сходить за чаем.
— Не нужно, — покачал головой начальник уезда. — Я ненадолго.
Потом строго посмотрел на нерешительно замершую у дверей служанку, коротко приказав:
— Оставь нас.
— Слушаюсь, господин, — втянув голову в плечи, пискнула девочка и выскочила из комнаты, словно перепуганная мышь.
Только когда гость тяжело пустился в кресло, Платина обратила внимание, что он пришёл к ней в тёплом халате, накинутом поверх шёлковой одежды для сна.
— Я глубоко сожалею, что поставила вас в неудобное положение, господин, — начала девушка, опустив взгляд. — Но мне казалось, вы должны…
— Нет там никаких следов! — резко оборвал её хозяин дома. — Но даже если бы и были, нельзя же поступать так необдуманно! Вам следовало отозвать меня в сторонку и сообщить то, что считаете нужным, а не выставлять нас обоих на посмешище.
— Ещё раз прошу простить мою несдержанность, господин, — не поднимая взгляд, пробормотала собеседница. — Я непременно учту ваши мудрые замечания.
Подумав пару секунд, она всё же решила добавить:
— Только там на дороге я видела точно такой же след, как тогда в лесу.
— Тогда куда он делся? — криво усмехнулся чиновник. — Стражники там всё осмотрели, но не нашли ни одного отпечатка кавалерийского сапога!
— Тот, что я видела, затоптали, господин, — невозмутимо пояснила Платина.
— Кто? — удивлённо вскинул брови собеседник. — Как?
Солидно откашлявшись, его приёмная дочь обстоятельно поведала об убитом охраннике рыцаря Канако, о кучке рыхлой земли возле норки какого-то зверька, о чётком следе обуви с каблуком, о слуге, наступившем на него ногой, обутой в плетёную сандалию.
Надо отдать должное начальнику уезда. Тот выслушал её очень внимательно и даже ни разу не перебил.
