– Но сейчас у нас есть выбор, – продолжила Татьяна Павловна. Её взгляд обвёл зал, будто она обращалась к каждому по отдельности. – Остаться в прошлом или стать сильнее.
Она сделала шаг вперёд, её голос стал ещё более уверенным.
– Черви уничтожают тела, но страх убивает душу. И если мы позволим этому продолжаться, то никакого будущего у нас не будет.
Её слова остались в каждом, как бесконечное эхо, которое не хотело затихать. Мила стояла молча. Её лицо было напряжённым, но спорить она больше не пыталась.
Анна, сидевшая рядом с Мариной, подняла голову. На её лице появилась слабая, но искренняя улыбка. Это был первый проблеск чего-то, что можно было назвать надеждой.
– Я… согласна, – тихо сказала она, посмотрев на Татьяну Павловну.
Её голос был слабым, но в нём не было прежней дрожи. Она снова улыбнулась, чуть увереннее, и впервые за долгое время её глаза стали чуть теплее.
– Нам нужно идти дальше, – наконец сказал Данила, нарушая тишину. Его голос звучал спокойно, но твёрдо. – Если мы все хотим выжить, то должны доверять друг другу.
Мила, взглянув на него, неохотно кивнула. Она вернулась в круг и села рядом, но её взгляд всё ещё оставался настороженным.
– Тогда начнём, – сказал Стас, опускаясь обратно на пол. В его серьёзных глазах читалась готовность двигаться вперёд.
Костёр слегка треснул, их обсуждение продолжалось, но атмосфера теперь казалась немного легче. Люди начали верить, что могут снова стать частью чего-то большего, чем просто борьба за выживание.
Данила и Виктор работали в тишине. Руки Виктора, привыкшие к сборке самодельных механизмов, двигались уверенно, но в движениях всё ещё читалась нервозность. Данила, сидя рядом на потрескавшейся бетонной плите, внимательно наблюдал за процессом. Перед ними лежали металлические обломки, куски проволоки, старые гвозди – всё, что можно было найти в разорённом спорткомплексе.
– Если скрепить вот здесь, – начал Виктор, показывая на согнутую арматуру, – она будет надёжнее держать механизм.
Данила кивнул.
– Хорошая идея, – сказал он, слегка пододвигаясь ближе. – Но тогда нам нужно, чтобы эта часть была полностью неподвижной.
Он взял в руки маленький зажим, найденный среди мусора, и приложил его к одной из деталей.
– Так будет лучше, – добавил он, проверяя, как соединение держится под весом.
Виктор молчал, наблюдая за его движениями. Его лицо выражало сосредоточенность, но в глазах мелькала искра уважения.
– У тебя есть опыт? – наконец спросил он.
– Никакого, – коротко ответил Данила, слегка улыбнувшись. – Но, если мы хотим выжить, учимся на ходу.
Виктор усмехнулся, но тут же снова сосредоточился.
– Ловушка готова, – сказал он через несколько минут, распрямляясь и показывая результат своей работы.
Это была примитивная конструкция, но в ней чувствовалась надёжность. Проволока, соединённая с зажимом, замыкалась на слабом механизме, который при малейшем рывке должен был сработать.
– Проверим? – предложил Данила.
– Проверим, – согласился Виктор.
Параллельно с их работой, неподалёку Мила и Анна собирали еду. Небольшая груда консервов и сухарей, найденных в подвале спорткомплекса, выглядела как жалкий запас, но другого выбора не было. Мила сортировала припасы, методично укладывая их в мешок.
– Этот не годится, – сказала она, показывая на банку, у которой крышка была вздута. – Если возьмём, можем отравиться.
Анна, сидевшая на коленях рядом, кивнула, но её руки слегка дрожали, когда она брала следующую банку.
– Ты всегда такая уверенная? – вдруг спросила она, не поднимая глаз.
Мила замерла, её руки на мгновение остановились.
– Нет, – ответила она честно. – Просто научилась не показывать, когда страшно.
Анна подняла к ней усталое лицо:
– А у меня не получается, – тихо сказала она.
Мила посмотрела на неё, и её взгляд стал чуть мягче.
– Это приходит со временем, – сказала она. – Главное – не сдаваться.
Анна улыбнулась слабо, но искренне.
Тем временем Олег и Татьяна Павловна сидели в одном из пустых помещений. Старый стол, покрытый пылью, служил им рабочей поверхностью. На нём были разложены бинты, ампулы с обезболивающим и несколько ржавых инструментов.
– Этого не хватит, если кто-то серьёзно пострадает, – заметил Олег, держа в руках перевязочный материал.
– Я знаю, – ответила Татьяна Павловна, тщательно раскладывая оставшиеся припасы. Её движения были плавными, но в них чувствовалась усталость. – Но хотя бы это что-то.
Олег кивнул, слегка нахмурившись.
– Ты справляешься, – сказал он после паузы. – Даже когда кажется, что всё против нас.
Она взглянула на него. И хотя её глаза были серьёзными, в них мелькнула искра благодарности.
– Я справляюсь, потому что у нас есть цель, – ответила она. – Пока она есть, мы можем двигаться.
Они замолчали, но в тишине между ними чувствовалось молчаливое согласие.
Когда все приготовления были закончены, группа собралась у входа в спорткомплекс. Старые стены, покрытые трещинами и копотью, казались ещё более заброшенными, чем раньше. Это место, которое раньше казалось хоть каким-то убежищем, теперь выглядело холодным и враждебным.