— Определённо стоит, — Малфой невольно согласился, он вообще сейчас был готов соглашаться с ней во всём, лишь бы она продолжала говорить. Алкоголь всё ещё бурлил в крови, разгоняя по венам то пьянящее желание и притяжение, что стирали грани в его голове.
Новый поток прохладного воздуха принёс с собой морозные ароматы, приближалось время, когда мороз в скором времени начнет стягивать реку в ледяные объятия. И пусть это будет происходить незаметно для человеческого взгляда, лишь по ночам, а к утру всякие следы коварного холода будут исчезать, но уже сейчас в воздухе можно было ощутить запах приближающейся зимы. В этом году она явно придёт раньше.
Всего один неверный шаг, который стоил многого, когда Гермиона решила отойти от перил, позабыв о небольшом возвышении. И каблук её полусапожка предательски соскользнул с деревянной поверхности, лишая её равновесия. Всё произошло за мгновение и под воздействием рефлексов. Драко тут же подался вперёд, обхватывая тонкую талию и дёрнул девушку на себя. Гермиона испуганно втянула носом воздух, оказавшись снова прижатой к крепкому мужскому телу…
Это было как мгновенное забвение, когда тепло его тела окутывает с головы до ног. Да, она уже была в его руках, пару дней назад, столкнувшись с Малфоем в коридорах Министерства. Но тогда всё было иначе, тогда она видела его иначе! А сейчас она словно рассмотрела того настоящего человека, который скрывался всё это время под толстой кожурой. Малфой был совершенно другим, чем пытался показаться прежде, и от этого понимания сердце предательски дрогнуло. Плотный аромат вермута смешался с запахом кожи и проникал в нутро, пробуждая все рецепторы. Гермиона лишь вздрогнула и прижалась ближе, позволяя себе ухватиться за полы мягкого пальто. И этот её жест не ускользнул от Драко, который тут же крепче обнял тонкое тело. Она была маленькой в его руках и такой худой, что казалось, будто она утопает в широких складках одежды! Ветер растрепал непослушные волосы, которые стали щекотать лицо мужчины, и он уже не стал противиться желанию, зарывшись в них лицом. Ему донельзя хотелось ощутить этот запах: аромат её тела так близко, насколько это было дозволенно.
— Драко… — тихий шёпот ему в грудь отправил сотни мурашек пройтись вдоль позвоночника, но он тут же поторопился отстраниться, чтобы не испытывать судьбу ещё больше. Она и так сегодня оказалась куда благосклоннее, нежели обычно. Но когда Грейнджер шагнула за ним, он понял, что этот зов был не просьбой. Сердце пропустило удар, когда он почувствовал маленькие ладони на своих плечах, а сам потерялся в тёплом взгляде шоколадных глаз.
Больше не было границ и запретов, когда он позволил себе сделать шаг навстречу, под влиянием эмоций склоняясь к девушке, что таким нечестным образом завладела всеми его мыслями всего за несколько часов вместе. Новое мгновение, когда их ароматы, такие противоположные, смешались в один, образуя будоражащий кровь запах, и его руки жадно прижали хрупкое тело ближе к себе. Жар поднялся по телу и опалил губы, что сомкнулись в пылком поцелуе, наполненном вкусом всех прежних сожалений и новых желаний, сокрытых под толстой коркой сознания. У Гермионы закружилась голова от переизбытка впечатлений и чувства непреодолимой потребности быть именно в этих руках, так отчаянно сжимающих её талию. От Малфоя приятно пахло, настолько дурманяще, что ноги слабели от каждого неосторожного вздоха, и приходилось сильнее цепляться за мужчину, оплетая его шею руками.
Стоя на Эйфелевой башне, двое позволили себе забыться. Все мыслимые преграды летели к чёрту в одно мгновение, когда их губы соприкасались, безвозмездно отдавая тепло друг другу.
Это были смутные воспоминания, словно кто-то очень быстро мотает плёнку, и ты просто не в состоянии уследить за развитием сюжета. Вот старое кафе, и Малфой со стаканом виски. В её бокале плещется тёмно-красное вино, а за окном бьёт по стёклам страшный ливень. Потом картина узких парижских улиц, и маленькая кабинка Эйфелевой башни. Изображения мелькали с такой скоростью, что мигрень начала развиваться раньше, чем девушка открыла глаза. Она помнила, как разговаривала со слизеринским хорьком, изливала ему душу, за что хотелось тут же треснуть себя по затылку. Ну вот зачем она выпила? Ведь знала же, что для неё это просто противопоказано! Развернувшись в постели со стоном, Грейнджер по привычке хотела обнять подушку, только вот с размаху шлёпнула рукой по горячему телу и тут же открыла глаза. То, что она увидела было далеко от ожидаемого, потому что узреть мужское тело в своей постели она никак не ожидала. Взгляд скользнул по подтянутому прессу, изучая каждый миллиметр, но скорее она боялась увидеть лицо того, с кем разделила постель. Девушка прислушалась к своим ощущениям, и к собственному ужасу поняла, что под мягким одеялом она была совершенно и бесстыже обнажена! Сердце нервно забилось в ушах. Как такое могло случиться с ней?!
