— Почему Отшельничий до сих пор отправляет молодых людей в путешествие по Кандару? — спрашивает Мидала.
— Смысл тут в том, чтобы научить нас больше ценить гармонию и порядок, — решается ответить Доррин. — Причем в том понимании, какого добиваются от нас Мастера.
— Похоже, целитель, ты от этих Мастеров вовсе не в восторге, — замечает Фрейдр, наливая себе питья из кувшина. — Это темное пиво. А в белом кувшине — сок.
— Кажется, следовать и соответствовать всем правилам гармонии довольно трудно, особенно если ты молод, — говорит Доррин.
— А я слышала, что это довольно трудно в любом возрасте, — замечает Лидрал.
— Ну а что думаешь на сей счет ты? — Фрейдр поворачивается к Бриду.
— Я боец, а бойцу необходим некоторый опыт.
— И ты уверен, что никого из таких, как вы, не посылают сюда лазутчиками, выведывать да высматривать?
— Сомневаюсь, чтобы Отшельничий имел нужду в лазутчиках, — вмешивается Доррин. — Маги воздуха способны увидеть что угодно, касаясь ветров.
— Тут ты меня срезал, — смеется Фрейдр. Покраснев, Доррин прячется за кружку с соком.
— Думаю, — замечает Кадара, — насчет магов воздуха — это никакой не секрет. Это известно еще со времен Креслина.
Фрейдр кивает Кадаре с теплой улыбкой. Улыбается и Мидала.
— Я так понимаю, торговля у вас семейная традиция? — нарушает воцарившееся на миг молчание Брид.
— В последнее время этой традиции не так-то просто следовать, — отзывается Лидрал, подцепив с блюда ломтик мяса.
— Почему так?
— Политика, — поясняет Фрейдр. — Чтобы путешествовать по большим белым дорогам, необходима лицензия, а получить ее можно, лишь снискав расположение префекта, который смотрит в рот своему советнику, Белому магу. Раньше-то было достаточно уплатить налог...
— Что-то вроде проверки лояльности? — уточняет Брид.
— Вроде того. Похоже, в наше время всех и везде проверяют на лояльность, — говорит Фрейдр, глядя на Доррина. — Разве не так?
Доррин избегает ответа, делая большой глоток, и тут ему на глаза попадается маленькая запыленная гитара, висящая на стене. Фрейдр замечает его взгляд.
— Это наша семейная реликвия. Говорят, будто некогда на ней играл Креслин. Таково старое семейное предание, но кто в наши дни возьмется утверждать с уверенностью? Во всяком случае, — Фрейдр пожимает плечами и кивает в сторону гитары, — она знавала лучшие времена.
— Можно поинтересоваться, — с вежливой улыбкой обращается к Фрейдру Кадара, — чем именно ты занимаешься во время разъездов Лидрал?
— Занимаюсь складом, стараюсь продать то, что она привезла в Джеллико... Вот такими делами. Что проку от товаров, если они не продаются?
— Фрейдр — замечательный торговый посредник! — с гордостью добавляет Мидала.
— Могу себе представить, — говорит Кадара.
Доррин жует, жалея, что не находится на конюшне, а то и на площади.
— Скажи мне, — как ни в чем не бывало обращается Фрейдр к Бриду, — куда вы отправитесь из Джеллико?
— К Закатным Отрогам, — отвечает Брид, наполняя темным пивом сначала кружку Кадары, а потом и свою. Поставив кувшин, он схлебывает пену, а потом делает большой глоток.
— Через Пассеру и Фенард?
— Это по чародейскому тракту? — уточняет Кадара.
— В том направлении маги еще не довели тракт до конца. Вам придется ехать старой дорогой через Галлос.
Брид и Кадара переглядываются, стараясь не смотреть на Доррина.
— Я бы предпочел более северный маршрут, — высказывается наконец Брид.
— Возможно, это самый правильный выбор, — Фрейдр наклоняется к Кадаре. — Не будешь ли любезна передать пиво?
— Конечно, с удовольствием, — улыбается девушка. Доррин берет ломоть теплого хлеба и косится на листки читлача.
— Это не так уж плохо, Доррин, — смеется Лидрал.
— Попадались мне гнилые водоросли, которые пахли заманчивее, — бормочет юноша себе под нос.
— А вы там, на Отшельничьем, едите водоросли? — любопытствует Мидала.
— Бывает, — отвечает Доррин и ловит себя на том, что снова краснеет.
— Ну что ж, — объявляет наконец Фрейдр, поднимаясь из-за стола. — Наши гости с дороги, они устали, и мы не станем их задерживать.
Торопливо допив сок, Доррин встает вслед за остальными.
Покинув столовую, вся троица следует в направлении склада и комнатушки конюха. Лидрал провожает компанию до дверей, ведущих из жилых помещений в конюшню. Ее теплые пальцы касаются плеча Доррина, на миг сжимают его, но тут же отдергиваются.
— Не обращай на Фрейдра внимания, — говорит она. — Порой ему приходится нелегко.
— Это потому, что он потомственный торговец, а торговать не любит? Или потому, что хотел бы попасть в Совет, да никак не может?
— И потому и потому. Он любит управлять, а торговцам, особенно таким, как мы, путь к власти заказан.
— Понятно. Я думаю, мы отправимся поутру.
— Хорошо. Я тоже. Мы можем добраться до Клета вместе.
— А с чего ты взяла, что мы туда поедем?
