Киан застыл на диване, ощутив, как в груди начинает жечь. Он рассеянно потер ребра, чуть поморщившись от непривычных ощущений. Да, когда он стал демоном, вместе с новой ипостасью бывший ангел получил новые чувства, почти человеческие. Это было новым опытом, не всегда приятным. Вот и сейчас демон задохнулся от захлестнувшего его разочарования и боли. Она ушла. Выбрала свободу. Что ж, разве это неправильно? Разве он не сам предложил ей это? Кто бы на ее месте поступил иначе и выбрал бы вечную жизнь с проданной Аду душой, когда спасение так близко?
Киан заставил себя оставаться на месте и не мешать. Его демоническая суть требовала предотвратить разрыв контракта, но он сам подарил медальон Еве и не вправе отбирать назад свой дар. Он следил за часами на стене и пытался угадать тот миг, когда Ева станет свободной, когда она вновь вернет себе свою бессмертную душу. Часы показали полдень, когда его дыхание вдруг сбилось, а сердце пронзила короткая вспышка боли. Все кончено. Он почувствовал, как рвутся нити, что связывали демона и его подопечную. Недолгая агония от разрыва договора, и все закончилось.
Ева получила назад свою душу, а он снова был один. Падший ангел, чей контракт с Адом не суждено разорвать никаким силам.
Машина неслась по заснеженной дороге в предрассветных сумерках. На редких пустых поворотах тормоза повизгивали, пугая редких в этот час прохожих. Девушка за рулем явно спешила.
Ева с трудом заставила себя вести машину спокойнее и снизить скорость. Да, она пока еще бессмертная, и в случае аварии ей ничего не грозит, но не хватало ей еще убить кого-нибудь ненароком. И все же с нетерпением справиться было трудно.
Ева не спала полночи. После короткого сна она пробудилась и долго лежала с открытыми глазами, вглядываясь в разбавленную огнями города за окном темноту. Рядом спокойно спал Киан. Во сне он обнимал девушку, Ева положила ладонь на его грудь и отчетливо слышала биение сильного сердца. Демон. Ее демон. Теперь, когда она знала все о нем, все о том, что он для нее сделал, все ее обиды, претензии просто улетучились. На столике рядом с диваном тускло поблескивал золотой медальон. Ева чуть повернула голову, чтобы видеть его. Теперь ничто не отделяло ее от свободы. Только вот… свобода вдруг стала не столь желанной. Еще утром Еву удерживал страх так резко поменять свою жизнь, утратить все преимущества бессмертия и стать обычным человеком. Теперь к страху примешалась печаль. Она потеряет и Киана. Мужчину, которого она ненавидела, но ждала двести лет, кого в итоге полюбила всем сердцем, того, кто решился ее отпустить. А она больше не хотела уходить. Вот бы забыть обо всем, сжечь эту маленькую бумажечку с именем, словно ее никогда и не было, и жить по-прежнему. Но в этой прежней жизни был Адам и задание от архидемона, что внимательно следил за его выполнением. Ей не позволят соскочить. Вот если только… Если она станет смертной, все связи с Адом порвутся, она будет не обязана участвовать в этой гнусной затее против молодого талантливого ученого.
За окном стало сереть, а свет фонарей потускнел в предрассветной дымке. Девушка аккуратно сняла с себя руку мужчины и очень осторожно выбралась из его объятий. Киан чуть пошевелился и даже приоткрыл сонные глаза.
– Спи, спи, – шепнула она ему, – я с тобой.
Мужчина вновь погрузился в глубокий сон, а Ева, стараясь двигаться бесшумно, собрала свою одежду и быстро собралась. Она вышла, не зажигая света, и очень тихо прикрыла за собой входную дверь. Она вернется, только сначала надо отдать все долги, обнулить счет и начать все сначала. Только теперь – она верила в это – все будет по-другому. Ева вернется добровольно и без претензий к мужчине, который стал для нее целым миром.
Девушка так спешила, так боялась передумать, что едва не пропустила нужный дом у старой заправки. А ведь тогда, после разговора со Стефани, она нашла этот дом на карте и мысленно проехала к нему нужным маршрутом. Потом она заставила себя забыть об этом, еще и Киан напугал ее крайне неприятными последствиями. И Ева забыла, засунула призрачную надежду в самый дальний уголок сердца, а сегодня с не меньшим страхом вновь извлекла ее наружу.
Дом ведьмы был старым и обветшалым. В неярком свете зимнего утра он казался нежилым. Он стоял чуть в стороне от других построек – нескольких небольших частных магазинчиков, какой-то автомастерской и дешевого кафе. Дом казался странным, за его сгорбленной неровной крышей высились высотки и современные здания. Он же был старомодным и нелепым. Давно не крашенные доски, которыми он был обит, потемнели от сырости, а маленькие подслеповатые окна были грязны.
«Самое подходящее жилище для ведьмы», – подумала Ева, вылезая из машины. Она чуть потопталась на месте, а потом, собрав всю свою решительность, двинулась вперед по едва заметной, не чищенной после недавнего снегопада дорожке. Забора вокруг дома не было, кривая собачья будка у самого крыльца пустовала. Девушка чуть помедлила на невысоком крыльце, а потом постучала.
