– Следит, чтобы она не позвонила Джереми и не предупредила его о нашем приезде.
– Но если Джереми… если Джереми возвращается, он, очевидно, уже сделал это.
– Что сделал?
– С Синтией все в порядке? – В его глазах плескалось отчаяние. – Она жива?
– Разумеется, жива.
– А ваша дочь? Грейс? Она тоже еще жива?
– Что вы такое говорите? Конечно, они обе живы.
– Потому что, если что-то случится с Синтией, все переходит детям… Там все указано…
Я почувствовал дрожь. Сколько часов прошло, как я говорил с Синтией? Я перекинулся с ней парой слов этим утром, единственный наш разговор с той поры, как она вместе с Грейс уехала из дома.
Знаю ли я точно, что Синтия и Грейс сейчас живы?
Я достал сотовый телефон. Пожалуй, не стоило им пользоваться в стенах больницы, но поскольку никто не знал, что я здесь, решил рискнуть.
И набрал наш домашний номер.
– Пожалуйста, пожалуйста, будь дома, – пробормотал я. Телефон прозвонил раз, второй, третий. На четвертом звонке включился автоответчик.
– Синтия, – сказал я, – если ты приедешь домой и услышишь меня, немедленно перезвони. Это очень важно.
Я отключился и тут же набрал номер ее сотового. Он сразу перешел на голосовую связь. Я оставил такое же послание, только добавил:
– Ты должна позвонить мне.
– Где она? – спросил Клейтон.
– Не знаю, – признался я неохотно. И даже на мгновение подумал, не позвонить ли мне Роне Уидмор, но набрал другой номер.
Только после пятого звонка раздался сонный голос.
– Ролли, – сказал я. – Это Терри. Клейтон, услышав имя, моргнул.
– Ничего страшного, – ответил Ролли. – Я только что выключил свет. Ты нашел Синтию?
– Нет. Но нашел другого человека.
– Что?
– Слушай, у меня нет времени на объяснения, но мне нужно, чтобы ты разыскал Синтию. Не знаю, что тебе сказать, не знаю, с чего начать, но поезжай к нашему дому, взгляни, нет ли там ее машины. Если машина там, стучи в дверь, взломай ее, наконец, но посмотри, на месте ли Синтия и Грейс. Обзвони гостиницы… Придумай, что еще можно сделать.
– Терри, что происходит? Кого ты разыскал?
– Я нашел ее отца.
На другом конце линии повисла мертвая тишина.
– Ролли?
– Да. Я здесь. Только… не могу поверить.
– Я тоже.
– Что он тебе сказал? Объяснил, что случилось?
– Мы только начали все выяснять. Я нахожусь к северу от Буффало, в больнице. Он в плачевном состоянии.
– Но может говорить?
– Да. Я все тебе расскажу при встрече. Но ты должен найти Синтию. И пусть она немедленно позвонит мне.
– Ладно, все понял. Сейчас оденусь.
– И, Ролли, давай я сам ей скажу. Насчет отца. У нее ведь возникнет миллион вопросов.
– Конечно. Я позвоню, если я что-нибудь выясню.
Я вспомнил еще об одном человеке, который мог видеть Синтию. Памела звонила нам домой достаточно часто, чтобы я запомнил ее номер, появлявшийся на дисплее определителя.
– Алло, – сказала Памела столь же сонно, как и Ролли. Послышался голос мужчины, спросившего, кто звонит.
Я извинился за столь поздний звонок и пояснил Памеле:
– Синтия пропала. Вместе с Грейс.
– Господи! – Разволновалась она. – Их что, похитили?
– Нет, просто уехала.
– Она мне сказала вроде вчера или позавчера – черт, когда же это было? – что, возможно, не выйдет на работу, так что, когда Синтия не появилась, я не придала этому значения.
– Пожалуйста, помоги мне ее найти. И если она позвонит, пусть немедленно свяжется со мной. Пэм, я нашел ее отца.
На другом конце линии повисло мертвое молчание.
– Чтоб я сдохла.
– Точно, – подтвердил я.
– И он жив?
Я взглянул на мужчину на кровати.
– Ага.
– А Тодд? И ее мать?
– Это другая история. Слушай, Памела, мне нужно идти. Но если увидишь Син, скажи ей, чтобы позвонила мне. Эти новости я сообщу ей сам.
– Черт, можно подумать, я смогу удержаться.
Я отключился, обратив внимание, что батарейки у телефона сели. Я уезжал из дома в спешке и не взял с собой зарядного устройства.
– Клейтон, – снова повернулся я к нему. – Почему вы думаете, что Синтии и Грейс грозит опасность? Что с ними может случиться?
– Из-за завещания, – объяснил он. – Я ведь все оставил Синтии. Это единственный доступный мне способ хоть как-то компенсировать причиненный ей вред. Понимаю, что этого недостаточно, но что еще я могу сделать?
– Но какое отношение это имеет к тому, живы они или нет? – удивился я. Хотя уже начал соображать. Все медленно становилось на свои места.
– Если Синтия умрет и ваша дочь тоже, они не смогут унаследовать деньги. Тогда все достанется Энид – как супруга она будет прямой наследницей, – прошептал он. – Энид никогда не допустит, чтобы их получила Синтия. Убьет их обеих.
– Но это же безумие, – возразил я. – Убийство, двойное убийство привлечет внимание, полиция вновь откроет дело, начнет копать, снова расследовать то, что случилось двадцать пять лет назад, и все это обрушится на Энид…
Я запнулся.
