Винтер опешил, и Шана поняла, что сделала что-то не так, и отдернула руку. Ну конечно, вряд ли он привык к такому панибратскому отношению! Это в Изнанке всё просто, и обнять кого-то – обычное дело. Шана даже не подумала, что ее действие можно истолковать превратно.
К счастью, Винтер не стал развивать тему.
– И что мне сделать, чтобы почувствовать дракона? – помедлив, уточнил он.
– А о чем вы думали в прошлый раз? – на этот раз Шана едва прикоснулась к его плечам. – Да прекратите скукоживаться, здесь не холодно! Вы так зажаты, что мне самой хочется спрятать крылья. Вдохните, задержите дыхание. Вот так, отлично. Теперь выдыхайте. У вас получается. Представьте, что у вас появился лучший друг и вам не терпится поделиться с ним новостью…
Винтер послушно повторял за ней. Хорошо, что он не удосужился заглянуть в центр реабилитации, иначе узнал бы, что упражнение, которое они сейчас делали, чаще всего давали измененным подросткам. Успокоиться и принять себя, перестать чувствовать отвращение и страх. Шана не понимала этих чувств, искренне наслаждаясь изменением, но помнила затравленный взгляд чужих глаз и забившуюся в угол фигуру с окровавленным лезвием в руках.
– Ну как, чувствуете? – спросила фея, когда дыхание Винтера окончательно успокоилось и он перестал дрожать.
Мужчина повернул голову, и вдруг совершенно естественным движением – как дракон, когда обнюхивал ее! – повел носом, почти утыкаясь в ее шею.
– Да. Вы пахнете фрезиями. Что вы делали в моем номере? Следили за мной?
– Боже, мистер Крипс, вы не о том думаете! – всплеснула руками Шана и попробовала отступить, но крепкая рука мужчины, обвившая талию, удержала ее на месте.
Сейчас рука не дрожала и была очень горячей. Кажется, они всё-таки достучались до его дракона, и он проглядывал из-под личины обычно спокойного Винтера. Отлично, разбудить-то дракона разбудили, и что с ним теперь делать?
Мужчина смотрел, ожидая ответа.
– Я проводила расследование. Пыталась понять, могли ли вас выкрасть из отеля, – терпеливо пояснила Шана. – Вы же сами отказались делиться информацией!
– В следующий раз спрашивайте напрямую. Я бы не выгнал, постучись вы в номер.
– И как бы это выглядело со стороны? Вы действительно хотите, чтобы в сети раструбили о романе между феей и наследником Бионик-групп?
Взгляд Винтера скользнул по ее губам, и на мгновение Шане показалось, что он задумался. Рука прижала ее теснее. Хм. Ей-то было плевать, что говорят журналисты: отец игнорировал слухи, а мама, наоборот, порадовалась бы, что Шана решила найти себе пару. Зато репутация Крипса могла пострадать.
– Вы или отпустите меня, или целуйте, – не без иронии сказала фея, и Винтер, опомнившись, убрал руку. Эх, а она уже начала гадать, каково это, целоваться с драконом.
– Ну как, он отозвался? – замаскировав разочарование вопросом, уточнила Шана.
– Свербит внутри, как изжога. Я пока не понял, дракон это или просто желание перекусить.
Шана не сдержалась и фыркнула. Наверное, Винтер единственный, кто говорил о своем втором «я» с таким скептицизмом.
– Тогда давайте поужинаем. Здесь есть неплохое местечко, заодно посмотрите на других измененных.
На лице Винтера отразилось сомнение.
– Меня могут узнать.
– Да бросьте! Никто не подумает, что Винтер Крипс заглянет в такую дыру. В худшем случае вас ожидают шуточки о примечательной внешности.
– Но… – он явно сомневался.
– Если вы хотите привыкнуть к жизни измененного, вам лучше посмотреть на нее со стороны. – Шана протянула ему руку. – Рискнете?
Последний вопрос стал решающим, и Винтер последовал за ней.
***
Бар «Черная дыра» гудел от громкой музыки и криков посетителей, пытающихся ее перекричать. Кажется, сегодня Мэри пригласил выступить какую-то популярную группу, и снаружи толпился народ, жаждущий попасть в бар. Кто-то пританцовывал на месте и подпевал доносящимся из окон песням, другие следили за трансляцией по мушкам. Были и те, кто надеялся разжалобить или подкупить охранника, но стоящий в дверях циклоп был непоколебим: ждите, мест нет. Даже стоячих. И для крылатых тоже: потолки низкие, собьете люстру, кто отвечать будет?
– Что, меня тоже не пропустишь? – без церемоний раздвинула толпу Шана, и суровый и неприступный циклоп расплылся в щербатой улыбке.
– Детка! Ты где пропадала? – он развел руки для объятий, и фея влетела в них без колебаний. От охранника пахло табаком и самую малость амброзией: персонал Мэри подбирал отличный, никто не позволял себе напиваться на рабочем месте.
Тяжелая рука погладила ее по голове.
– Соскучился?
– Еще бы! Ты ж после гонок и не показывалась. Чуть всё веселье не пропустила.
Говорил циклоп шутливым тоном, но фея уловила нотки беспокойства. Ее никогда не просили вмешиваться в дела бара напрямую, но Шана была одной из немногих, кто мог повлиять на упрямого Мэри. И раз циклоп упомянул о «веселье», у «Черной дыры» были проблемы.
– Что случилось?
