Тут Шана взглянула на протянутую руку Винтера и побледнела: светлая кожа, покрытая чешуйками, переливалась в тусклом мерцающем свете бара. Прежде чем орк успел ответить на рукопожатие, она сама схватила Винтера за руку, чуть не оцарапавшись встопорщившейся чешуей.
– Извини, Бобби, нам пора.
Конечно, это выглядело побегом. И Шана прекрасно понимала, что в следующий раз Бобби будет пытать с пристрастием, что же заставило фею так резко сорваться с места. Но о будущем Шана собиралась подумать после, а сейчас сделать всё возможное, чтобы Винтер не превратился в дракона. По крайней мере, не превратился на виду у всех.
Чешуя по-прежнему царапала пальцы, когда они выскочили на улицу. Увы, не такую пустую, как хотелось бы. В стороне под навесом курили несколько знакомых байкеров, а кто-то из вампиров только приехал в клуб и теперь пытался втиснуть мотоцикл на тесную парковку.
Байкеры узнали ее и махнули рукой, предлагая присоединиться, но тут Винтер, до сих пор шедший за феей как привязанный, вдруг притянул ее к себе свободной рукой. Ладонь скользнула по боку.
– Может, поищем место потише? Идея побыть наедине выглядит весьма заманчиво, – проговорил он ей на ухо, отведя прядь волос.
Шана мысленно запросила себе терпения. Если бы он действительно ухаживал за ней, сейчас фея млела бы от прикосновения. Но нежность, вызванная амброзией, была фальшивой. Винтер прибьет ее, когда придет в себя и поймет, что творил!
– Конечно-конечно. Но сейчас, мистер Крипс, вам лучше успокоиться, – натянуто улыбнулась Шана, выворачиваясь из объятий. Спорить с Винтером точно не стоило, чтобы лишний раз не злить проснувшегося дракона. Шана утягивала его всё дальше в переулок, не переставая выискивать безлюдное местечко. – Пожалуйста, дышите глубоко: вдох-выдох, вдох-выдох, – наставляла она.
– Не повторяй это с таким придыханием, сбиваешь весь настрой, – хрипло предупредил Винтер. Он и правда споткнулся, закрыл лицо свободной рукой, а когда выровнялся и отнял ладонь, зрачки были уже вертикальными.
– Вот черт! – не сдержалась Шана, заметив изменение и мелкие чешуйки по скулам. Бежать дальше не было смысла. Единственная свободная и пустая площадка, достаточно большая для дракона, была в полусотне ярдов над ними. – Простите, мистер Крипс, но нам придется немного полетать.
Не дожидаясь разрешения, фея крепко обняла мужчину и взлетела. Он был тяжелым, но не неподъемным, хотя где-то на пятом этаже у Шаны сбилось дыхание, а на пятнадцатом заломило спину. Наконец она опустила Крипса на крышу, судорожно пытаясь отдышаться и радуясь, что это был не самый высокий небоскреб в округе.
Инстинкты вопили, что надо не дыхание восстанавливать, а улепетывать с крыши, где в любой момент на месте человека может появиться дракон, и не факт, что он не попробует снова поиграть в догонялки. Но Шана медлила. Винтер не двигался с места с того момента, как она его отпустила, и с горящими глазами рассматривал город. Шагнул к самому краю высотки, как любила делать она сама, втянул воздух через раздувающиеся ноздри. Сбившееся дыхание, напряженная поза. Если бы сейчас с крыши взлетел дракон, играя с воздушными потоками, Шана даже не удивилась бы.
Ладно, Винтер сам дал мне карт-бланш, – напомнила себе фея и шагнула к мужчине. Заставила повернуться, обхватила лицо руками, отмечая, что чешуйки проявились уже на подбородке. Молодым оборотням рекомендовали не подавлять инстинкты, а следовать им в пределах разумного. Так может, у нее получится отвлечь Винтера от изменения? В любом случае это лучше, чем еще раз брызгать на него из перцового баллончика (хоть баллончик в кармане Шана всё равно проверила).
Губы у Винтера оказались теплыми и на удивление мягкими. Последний раз Шана целовалась с Бобби, и орк частенько по неосторожности царапал ее выступающими нижними клыками. Сейчас она тоже рисковала пораниться о чешую, но пока Винтер отвечал осторожно, словно боялся, что фея отпрянет и улетит.
От него всё еще пахло амброзией, но убедить себя, что во всем виновато вино, больше не получалось. Ей нравилось с ним целоваться. Легкое прикосновение, прикушенная нижняя губы и короткое касание языка – дразнящее и одновременно бережное. Мужчина притянул ее к себе, одной рукой обнял за талию, а другую положил на затылок; держал крепко, но не удерживал, давая возможность отстраниться в любой момент. Даже закрыв глаза, фея чувствовала внимательный взгляд. Винтер ждал, что она испугается и передумает? Тогда ему стоило целовать другую фею!
А дракона можно бы выпускать почаще. Если под маской строгого мистера Крипса скрывался любящий жизнь и свободу мужчина, ему определенно не помешало бы прийти в гармонию с самим собой.
