Громкий, полный ужаса крик вырвал из сладкого очарования, и Шана резко открыла глаза. Отстранилась. Винтер уже повернул голову, вслушиваясь и всматриваясь в темноту. Кричали в переулке, до конца которого они так и не добрались. Было слишком темно, чтобы разглядеть детали, но вскоре пятно светлого плаща показалось под фонарем: чья-то фигура пятилась от дома. Она не бежала, ее никто не преследовал. Но дракон повел носом, будто чуя разлившийся в воздухе страх. Кто-то или что-то напугало женщину до паники, раз заставило ее так кричать.
– Спустимся? – предложил Винтер.
Чешуек как будто стало меньше, и они почти не отсвечивали на коже. Наверное, в темноте их было не разглядеть, а если и увидят, спишут на необычный макияж. Как бы люди ни недолюбливали измененных, мода на заостренные эльфийские уши или клыки вампира не проходила годами. Не говоря уже о ролевиках, которые изображали из себя измененных, надеясь хотя бы так стать ближе к чуждому для них миру.
Шана кивнула и расправила крылья, но Винтер поймал ее за руку и качнул головой.
– Не придумывай, спустимся на лифте. Не похоже, чтобы ее убивали, а значит, спешить некуда.
Кажется, ему не понравилось, что Шана несла его на руках.
Лифт в высотке работал, и они были не единственными, кто спускался: на семнадцатом этаже к ним присоединился мужчина в домашней одежде, а на десятом – семейная пара.
– Вы тоже слышали крик? – встревоженно спрашивали они и тут же делились догадками, что могло произойти. На Винтера и Шану смотрели без подозрения: судя по висящему в лифте объявлению, в доме сдавали квартиры, так что парочки не были редкостью.
Взбаламутившая всех женщина куда-то пропала. Возможно, как только пришла в себя, тут же сбежала, чтобы оказаться подальше от испугавшего ее места. Зато вдалеке появился полицейский с фонарем, и еще двое байкеров вынырнули с соседней улицы.
Они подошли к закоулку почти одновременно, и Шана почувствовала тяжелый густой запах крови. Он перебивал даже вонь переулка. Мазнувший по дороге и дому луч фонаря высветил изломанную фигуру у стены. Но первое, что заметила Шана, была не окровавленная спина и не искаженное в муке лицо. А тонкая безжизненная рука с татуировкой в виде ловца снов.
– Что вы тут делаете? Все вон! – раздалось за спиной рычание, и Бобби ворвался в закоулок. Замер, увидев лежащий у стены труп: в нем не сразу можно было опознать фею. То, что раньше было крыльями, сейчас напоминало окровавленные тряпки с ошметками кожи. Орк выругался, сдернул с себя куртку и накрыл им искалеченное лицо и тело.
– Это Джесси, да? – окликнула его Шана.
Бобби только сейчас ее заметил. Поднялся с колен, пошатнулся, будто на него разом навалился огромный груз.
– Что ты тут делаешь?
– Прибежала на крик, как и все остальные. – К слову, большинство зевак после крика Бобби отошли, но по домам расходиться не спешили. – Но ты не ответил.
– Ты и сама знаешь ответ.
Он кивнул, и Шану запоздало затрясло. Она видела мертвых раньше, на торжественных похоронах в гробу, с умиротворенными лицами, с какими и пристало отходить в иной мир. Но никак не в вонючем переулке со снующими крысами и разводами крови по стенам.
– Шана, уйди, пожалуйста. И без тебя тошно.
Прозвучало грубо, но фея поняла, что хотел сказать Бобби. Пусть они с Джесси давно расстались и шипели друг на друга при каждой встрече, нельзя было вычеркнуть проведенное вместе время. И сейчас орку было очень, очень тяжело.
– Пэн, уведи ее, а? Не нужно на это смотреть.
Голос орка прозвучал непривычно тихо и глухо. Шана шагнула было к нему, чтобы поддержать, но Винтер ее остановил. Обнял за плечи, заставляя отвернуться и почти вытаскивая из переулка.
– Идем, не лезь в работу полиции.
– Но Бобби… – Шана обернулась.
Орк снова опустился рядом с трупом, и перед ним появился экран мушки, на котором пошла запись всего происходящего и какие-то расчеты, автоматические выполняемые полицейским сканером.
– Это его работа. Он закончит здесь, а потом поедет в участок и закопается в это дело. Поверь, сейчас ты ему ничем не поможешь. Только заставишь волноваться еще и о тебе.
Шана понимала, что Винтер прав, но отвернуться было непросто. К тому же в голове будто заклинил образ разорванных крыльев, и куда ни глянь, в каждой тени фее чудилось их отражение.
– Успокойся. Дыши глубже.
Винтер повторил ее слова, и это сработало как щелчок пальцев гипнотизёра. Комок в горле рассосался. Спряталась, затаилась на время тянущая боль в груди. Шана посмотрела на обнимающего ее мужчину, выглядевшего серьезным, как Винтер Крипс, но вдруг оказавшимся к ней куда ближе.
– Чешуя исчезла, – заметила она мимоходом.
Он потер гладкую щеку.
– И правда. Видимо, дракон решил, что сейчас не лучшее время для его появления, – задумчиво протянул Винтер. – Что ж, я подвезу тебя до дома. Ты же живешь с миссис Кэмпбелл?
– Да.
– Отлично. Не хотелось бы оставлять тебя одну. И сразу насчет завтра: можешь отдохнуть, я не буду тебе звонить, – сказал он.
