Домой они возвращались затемно. Бобби уехал первым, сославшись на дела, но, похоже, просто решил не мешать и дать им побыть наедине. Отличная идея, если не считать, что расстаться после этого оказалось совершенно невозможным.
Нет, они честно пытались. После ужина в ресторанчике доехали до ее дома, потом немного покружили по кварталу. Всего «на пять минуточек» заглянули на набережную и залипли на выплясывающих на украшенной фонарями барже измененных. Музыка играла до того зажигательно, что самим хотелось присоединиться к танцующим. А от набережной до башни Феникса было рукой подать…
– Ого, у нас новое зеркало в прихожей? – Шана с любопытством оглядела покупку. Зеркало было в полстены, чтобы фее было удобно рассматривать крылья.
– Ты сама жаловалась, что его не хватает, – забрал у нее куртку Винтер и, не выдержав, уткнулся носом в шею, обнял, притянул к себе. Знакомый запах фрезий кружил голову. – Признайся, это магия. Я никогда ни по кому так не скучал.
– Пфф. И это говорит человек, который превращается в дракона? Большой вопрос, кто кого заколдовал. – Она обернулась, закинув руки ему на шею. – Я тоже соскучилась.
Шана зашла дальше объятий, втягивая его в поцелуй, игривый и сводящий с ума. Пальцы пробежались по короткой стрижке, почесали за ухом – крохотные чешуйки от этого легкого прикосновения проступили сквозь кожу и встали дыбом! Как фея, обхватив его ногами, оказалась на комоде, Винтер даже не заметил. Зато в какой-то момент поймал себя на том, что потянулся к пуговкам на ее блузке, и отдернул руки.
– Ты все еще болеешь, – переведя дыхание, напомнил он.
– А мы осторожно, медленно и неспешно. Если хочешь, я могу вообще ничего не делать, – она плутовато улыбнулась и опустила ладонь ему на живот, царапнув пальцами, но Винтер с сожалением ее отстранил. Еще немного, и самообладания не хватило бы.
– Врач сказал – никаких физических нагрузок пару недель.
– Да это разве нагрузка!
– Никаких.
– Какой же ты зануда!
Шана спрыгнула с комода, резко махнула крыльями и ушла в комнату. Уселась на широкий подоконник перед панорамным окном, отвернулась к городу и скрестила крылья. Злилась она демонстративно, обняв одну из многочисленных маленьких подушек, оставленных специально для нее.
Винтер полюбовался ее узкой спиной и отражением в стекле и, дав время побыть наедине с собой, загремел посудой на кухне. Вернулся он с ароматно дымящейся кружкой.
– Горячий шоколад с мятой?
Бессовестный подкуп, зато действенный. Она оттаяла на третьем глотке, повернувшись вполоборота.
– По этому виду я тоже скучала. Весь Грейтаун как на ладони. Смотри, даже парк такой крохотный! – Шана сложила пальцы в щепотку. – Может, завтра вечером прогуляемся туда, после твоей работы? Или это тоже слишком большая нагрузка? – не удержавшись от укола, покосилась она на Винтера.
– Можно и сходить. – Он присел рядом, словно невзначай положив свою ладонь на ее и поглаживая кожу большим пальцем.
Отбирать руку Шана не стала.
– Вот опять ты меня провоцируешь…
– Не могу удержаться. Обещаю, я с лихвой исправлюсь через недельку.
Винтер закрепил слова коротким поцелуем, но большего себе не позволил. Дракон внутри и так недовольно ворчал, не понимая, отчего он не переходит к более активным и приятным действиям.
– Я записываю это на твой счет, – буркнула фея и, подавшись вперед, ткнулась лбом в его плечо.
– Хм… И много там накопилось? – он аккуратно погладил ее между лопаток, наблюдая, как приподнимаются и опадают крылья.
– Узнаешь, когда я затребую погасить долг, – мстительно пообещала Шана. Горячий шоколад закончился, и ее доброта вместе с ним.
– А я могу выплачивать частями? Скажем, растянуть на несколько лет? – тотчас по-деловому уточнил Винтер, и фея напряглась под его руками.
– На сколько? – сощурилась Шана, вскинув голову.
– Дай подумать… Лет пятьдесят или шестьдесят?
Они встретились взглядами, и губы феи расплылись в широкой улыбке.
– Что ж, меня такое устроит, – медленно сказала она. – Но ты не боишься, что прогадал с условиями?
– Я же Крипс. Готов поспорить, это будет лучший контракт в моей жизни, – уверенно ответил Винтер.
***
Первое собрание акционеров прошло ровно так, как задумывал Винтер: с шумом, хлопаньем дверей и голосованием, где воздержавшихся было больше, чем остальных. Дед в спорах не участвовал, с ленивым интересом наблюдая со стороны, и отсутствие решения со стороны нынешнего председателя многих сбило с толку. Возможно, вышло бы лучше, успей Винтер заключить государственный контракт. Но секретарь мистера Холли передал, что тот ненадолго уехал из города. Оставалось надеяться, что это действительно отъезд, а не отмазка от встречи.
Насколько знал Винтер, Холли и его семья во время происшествия в галерее не пострадали. Что не отменяло испорченного вечера и истраченных нервов. А переданные по мушке извинения не были равнозначны живому разговору.
Что же, он выиграл время, чтобы встретиться и обсудить проект снова. Первый раунд он закончил вничью и еще мог обернуть нейтральные голоса в свою пользу. А вот шанс на «контракт» с Шаной Винтер упускать не собирался.
