Искатель, 1998 №5 полностью

— Да, — сказал он. — Итак, она купила… нет, конечно, не двадцать три. Я так понял — четыре или пять. И от скуки начала читать астрологические прогнозы. По ее словам, они оказались весьма точными. То есть точно описали ее предполагаемое времяпровождение в ближайшие дни. Ее это несколько позабавило. В воскресенье она вновь купила газету — на этот раз одну, ежедневную. Прогноз вновь совпал. Более того, по ее словам именно этот прогноз помог ей избежать лишней траты времени. В нем говорилось что-то о том, что важное дело, связанное с документами и запланированное на сегодня, лучше перенести на среду.

— И что же это за дело? — спросил Натаниэль.

— Визит в консульский отдел, — ответил адвокат. — Оказывается, работники МИДа три дня бастовали.

— Замечательно, — пробормотал Розовски. — Никогда бы не подумал. Оказывается, звезды вмешиваются даже в забастовки.

Грузенберг пожал плечами.

— Вы ведь просили пересказать ее слова, — сказал он. — Я пока не высказываю свое мнение об этом.

— Да, разумеется. Итак, астрологические прогнозы оказались удивительно точны. И что же?

— Постепенно она настолько уверовала в абсолютную истину астрологических прогнозов, что каждое утро начинала с прочтения их в газете. И планы свои соизмеряла с тем, что говорил астролог. Тот день, естественно, не стал исключением.

— Это касалось только одной газеты? — спросил Розовски. — Или все прогнозы во всех газетах совпадали?

— Этого я не спрашивал, — ответил адвокат. — Как вы сами понимаете, я не могу руководствоваться в своей работе подобными аргументами. Если я и выслушал все, то лишь по обязанности. Ни при каких обстоятельствах я не смогу строить линию защиты на подобных доводах. «Господа судьи, мою подзащитную подвела ее слепая вера в астрологию…» Хорошенькую речь я смогу произнести на заседании… Если, конечно, дело дойдет до суда, — добавил он.

— Может и не дойти? — спросил Розовски.

— С вашей помощью… Вы считаете важным, в какой именно газете черпала она сведения?

Натаниэль молча пожал плечами и продолжил чтение протокола:

«Следователь. С кем же, по-вашему, вы говорили по телефону?

Головлева. Не знаю. Видимо, с тем, кто устроил мне эту ловушку.

Следователь. Вы подозреваете кого-нибудь?

Головлева. Нет…»

— Интересно, в чем она видит ловушку? — спросил Натаниэль. — Если кому и подстроили западню, так это ее бывшему мужу.

— Она считает, что ее кто-то сознательно выманил из дома таким образом, чтобы она оказалась на месте преступления к самому приходу полиции, — объяснил адвокат. — И ее сделали виновницей преступления, к которому она не имеет никакого отношения.

— Для этого этот некто должен был, прежде всего, быть абсолютно уверенным в ее слепой вере в прогнозы, — заметил Розовски. — И так точно рассчитать скорость ее перемещения по городу, чтобы полиция оказалась в самый подходящий момент.

— Или в самый неподходящий, это уж как посмотреть.

— Верно. Кроме того, ей звонил мужчина. В полицию — женщина. Целый заговор, вы не находите?

— Такова ее версия.

— Да, версия… Что тут дальше? Простите, Цвика, вам не мешает то, что я читаю вслух? Вы ведь все это знаете.

— Ничего, мне полезно услышать еще раз. Когда читает кто-то, абстрагируешься от собственных впечатлений. Продолжайте, прошу вас.

«Следователь. Вернемся к тому дню. Вы приняли приглашение. Дальше?

Головлева. Дождалась вечера и поехала..

Следователь. Вы не знали, что по указанному адресу проживает ваш бывший муж?

Головлева. Не знала. Мы с ним не поддерживали отношений с момента нашего развода. Около десяти лет.

Следователь. О его жизни все эти годы вы тоже ничего не знали?

Головлева. Нет.

Следователь. Ине интересовались?

Головлева. Нет, все давным-давно в прошлом.

Следователь. Кто вам открыл дверь?

Головлева. Никто. По телефону он предложил, чтобы дверь была незаперта, и я вошла сама, без всяких звонков. Он будет сидеть в кресле и ждать…»

— Романтические выкрутасы, — сказал Розовски, в очередной раз прерывая чтение. — Он сидит в кресле, делает вид, что никого не ждет, и тут входит она, прекрасная и воздушная, нежно обвивает его за шею и… Как вам все это, Грузенберг?

— Никак. Мне приходилось сталкиваться с поведением еще более странным.

— Да? Может быть, может быть…

«Следователь. Опишите, что происходило в квартире после того, как вы вошли.