Услышав это, я вздрогнула. В Афаре был лишь один авантюрист, который носил прозвище «Шакал» – мой отец! Значит, он бывал в ущелье раньше? Но никогда про это не рассказывал. Однако похоже на отца не рисковать понапрасну. «Пусть немного – но мое, зато голова цела», любил говорить он. А также: «Нашел – хватай, схватил – беги, поймали – откупись половиной». Ну почему я не проведала его, не расспросила!
Габриэль глянул на меня мельком. Мне стоило огромных усилий сохранить нейтральное выражение.
– Третий же проводник, – Вакам, контрабандист и редкая сволочь, – двинулся со мной дальше. Я обошел все ловушки, решил все головоломки! – хвастался Лилль.
Однако Вакам ограбил Лилля, как только они вступили в подземный город. И погиб, не сумев решить загадку статуи.
– Так ему и надо, подлецу, – радовался Лилль.
Старик бросил труп, но не стал обшаривать куртку, чтобы вернуть дневник. Он открыл вход в храм, поставив на плиты четыре булыжника – а после их убрал.
– В Храм ведут другие пути – я нашел их! – захлебываясь рассказывал Лилль. – За десять лет я изучил пещеру вдоль и поперек. Вы не видели даже малой части города Бронзовых Монстров. Он уходит глубоко под землю, он пронизан тоннелями и катакомбами. Храм – его сердце. Здесь жрецы хранили метеорит. Я не Одаренный, но с его помощью смог прикоснуться к эфирному полю. Но чтобы манипулировать им, нужно учиться – и я изучал свитки и таблички в библиотеках, я питался знаниями, я пожирал их, давился ими!
– Понятно. Простого человека метеорит делает Одаренным, а Одаренного – сверходаренным, – резюмировал Иверс. – Вы знаете, что произошло с городом? Почему метеорит расколот? Куда ушли жители? Почему пал Древний Афар?
– Случилось то, что и всегда случается с великими империями – внутренние раздоры. Город служил храмовым комплексом для посвященных. Все чаще жрецы стали использовать мощь Небесного Странника, чтобы угодить царям и уничтожить врагов. Среди придворных и военачальников было много тех, кто хотел забрать себе все могущество. В империи разразилась гражданская война. И тогда мудрец Иматап, визирь царя, расколол камень, чтобы он не достался никому. Это было началом конца. Империя пала, подземный город опустел, страну захватили кочевники, о городе забыли. Вот и вся история.
Мы ошеломленно слушали Лилля. Губы Иверса шевелились: его распирали тысячи вопросов, но он не осмеливался перебивать старика.
Я размышляла – как же он жил тут отшельником? Чем питался? Ловил ящериц, рыбу? Собирал грибы и лишайники? Он не покидал пещеру, пугал и прогонял тех немногих авантюристов, кто осмеливался проникнуть под ее своды.
Ох и упертым человеком был Одиссей Лилль, шарлатан-этнограф, чья гипотеза вдруг подтвердилась – и взяла его в плен.
И кого-то он мне напоминал своей одержимостью, вздорным нравом и жаждой видеть всех врагами...
Мы молча стояли вокруг, переминаясь с ноги на ногу. Украдкой переглядывались, ожидая конца лекции. Любая древняя тайна теряет свою привлекательность, когда голод и изнеможение давят на плечи.
Мне приходилось особенно туго. Высокая плотность эфирного поля выматывала. Дар меня иссушал.
Все тело горело, как лихорадке, перед глазами прыгали мушки, а зрение обманывало. Порой мне казалось, я вижу в зале присутствие других людей в странных одеждах – золотых доспехах и шелковых мантиях, со строгими, властными лицами. Мне являлись тени тех, кто тысячи лет назад служили в этом зале.
Иверсу, как чувствительному к эфирному полю, несомненно, тоже было нелегко. Однако он слушал Лилля внимательно, и глаза его сияли от возбуждения. То, что он только что узнал, перевернет научный мир. Конечно, профессор ликовал.
Лилль выдохся. Он замолчал, оперся на камень и прикрыл глаза. Но неплотно – зрачки сверкали из-под морщинистых век. Старик зорко следил за нами и что-то прикидывал.
– Не терпится увидеть все, что вы нашли, господин Лилль, – сказал Иверс. – подержать в руках древние свитки, узнать их тайны.
– Вот как? – зловещим тоном осведомился старик и облизал пересохшие губы. – Однако ваша наглость не знает предела, молодой человек. Вы явились в мой дом непрошенными и уже требуете, чтобы я показал вам мои сокровища.
Иверс обескураженно поднял брови.
– Неловко просить вас, но не могли бы вы отвести нас туда, где вы живете? – Решила я взять инициативу в свои руки. – Мы измучены, среди нас есть раненые. Нам нужно отдохнуть. А потом мы уйдем. Я знаю, что из храма наверх ведет лестница, не так ли?
– Однако вы многое знаете, барышня. Слишком многое, – Лилль погрозил пальцем. – Мне это не нравится. Кто вас послал шпионить за мной, а?
– Никто, – начала я терять терпение. – Мы хотим лишь вернуться к лагерю.
– Вам туда не нужно.
Лилль сделал небольшой шаг назад и ступил на первую железную планету – начало магнитного моста.
– Вы растрезвоните тайну города на весь мир. Сюда налетят жаждущие сенсаций стервятники! Этого я не могу допустить.
– Господин Лилль... – начал Иверс и замер с открытым ртом.
Лилль легонько притопнул по шару, чем запустил потайной механизм.
