Молчание Рейвена стало для Лилит подтверждением вчерашнего предположения Фостера, будто «мальчик страдает от разбитого сердца». Всё-таки и ее догадки оказались верны. Ларсен переступил ту черту, за которую заходить было опасно. Графиня не верила, что Рейвен мог воспылать серьезными чувствами к Нефертари, тем более, что в объятия египтянки она толкнула его сама. Но дураку было ясно, что случившееся чертовски задело Харта. Полицейский пытался изображать из себя безразличную статую, и, наверное, мог бы одурачить того же Косэя, но только не её.
- Вы не должны сторониться тех, кому вы не безразличны, - наконец произнесла она. – Не должны закрываться в себе. Не позволяйте глупым сплетням влиять на вас.
Полицейский молча крутил в руках зажигалку. Слова графини о сплетнях царапнули его: что что, а меньше всего на свете ему хотелось принимать насмешки в сочетании с сочувственными вздохами от окружающих. Единственный, с кем еще можно было общаться, оставался Сфинкс. Лилит оказалась не первой, кто сегодня «навестил пострадавшего». За полчаса до ее прихода к нему наведывался Сфинкс, который пришел в сад с гигантским кувшином вина. Не зная, как еще порадовать своего друга, он заявил, что готов ловить винных рыб и бороться с их плавниками. На что Рейвен ответил, что в следующий раз, и попросил оставить его одного. Египтянин долго смотрел на него, потом кивнул и молча удалился. Теперь же пришла Лилит, и ее компании Харту хотелось еще меньше.
- Я ничего не знаю про слухи, - сказал он. - Просто волнуюсь перед испытанием.
- Ну да, как же, - ответила графиня. – Месье дракон вдруг сделался трусливым кроликом, который страдает бессонницей? Не смешите меня.
Рейвен взглянул на Лилит с долей удивления, когда ее рука накрыла его руку.
- Поговорите со мной, - вкрадчиво произнесла она. – Я ведь ваша хоть и ненастоящая, но сестра.
Рейвен нахмурился.
- Лилит, сейчас очень рано. Тебе нужно выспаться.
Харт сидел спиной к дому, поэтому не мог видеть, как дверь отворилась, и на пороге появился Ингемар. После случившегося он не хотел встречаться с Рейвеном, поэтому предпочел поскорее вернуться в Главный Храм, помыться и приступить к тренировкам. Заметив Харта и Лилит, он замер на пороге, уже подумывая вернуться в дом, чтобы выйти через заднюю дверь.
В тот же миг графиня произнесла такое, отчего Рейвен на миг забыл о своем мрачном настроении и ошарашенно уставился на ведьму.
- Поцелуйте меня, пожалуйста, - торопливо произнесла она, глядя Харту куда-то за плечо.
- Что? – вырвалось у Рейвена. Он, конечно, страдал от похмелья, но не до состояния галлюцинаций.
- Поцелуйте меня! Сейчас же!
Проследив за взглядом Лилит, Рейвен хотел было обернуться, но графиня быстро положила ему руку на щеку и внезапно прижалась губами к его губам. Удивленный полицейский на миг замер, пытаясь переварить происходящее, но затем чуть отстранился.:
- Что ты де... – начал было он, но графиня вновь заткнула его поцелуем. Положив ему руку на затылок, она ласково перебирала его волосы, а поцелуй становился все более уверенным и горячим.
Все закончилось так же быстро, как и началось. Лилит стала отстраняться и, когда полицейский по инерции вновь потянулся, чтобы поцеловать ее, ладонь графини накрыла его губы.
- Видели бы вы лицо нашего бедного друга, - хихикнула она. – Не только капитан способен испортить нам настроение. Мы тоже можем.
Рейвен обернулся, но на крыльце Ингемара уже не было. Капитан все-таки вернулся в дом, растерянный и заметно помрачневший. Меньше всего он ожидал, что Лилит предпочтет ему Рейвена, над которым вечно подтрунивала. Но когда они успели? Неужели за эти несколько дней они настолько сблизились? От этого сделалось досадно. Ингемар прикладывал немало усилий, чтобы очаровать эту женщину, а тем временем невзрачный Харт обскакал его на повороте.
- Так ты для него этот театр устроила? – спросил Рейвен, невольно улыбнувшись.
- Во всяком случае, он зашел обратно в дом с весьма постной миной. Кстати, вы хорошо целуетесь, месье жандарм. Сообщайте об этом женщинам при первом же знакомстве, - она озорно подмигнула полицейскому и, взяв его за руку, повела в дом.
- Раз вам негде спать, поспите в моей комнате, - предложила Лилит. – На правах брата.
- Я могу поспать пару часов и в комнате рабов. Когда хочется спать, и на битом стекле заснешь.
- Дело не в комнате, месье жандарм, а в самом подходе к делу. Все будут думать, что я приютила у себя брата, а капитан Ларсен придумает что-то под стать его характеру и воображению. И еще больше огорчится.
Оставшиеся несколько часов до завтрака Рейвен действительно проспал в постели с Лилит. Графиня и сама задремала, чувствуя, что совершенно не выспалась. Заснули они в одежде, прижавшись спиной друг к другу, поэтому, когда Кайтана пришла их будить, то не сдержала улыбки.
