Отпустив командиров и политработников, какое-то время, расслабившись, молчком курили. Соображали, приводили раздерганные мысли воедино, услышанные и свои собственные. Вроде бы все ясно, во всяком случае, многое. Шаг серьезный, на какой рискнули, — отдали приказ отвести свои части с левого берега Дона на правый. Фактически, совершилось вопиющее: отказались выполнять директиву фронта. Завтра в наступление армия не пойдет. Шорина предупредили, заявив, что Конная тонет и гибнет в батайских топях по его вине, командующего фронтом; до тех пор, покуда он сам не приедет в Ростов, посылать конницу в наступление не будут.
Совещание обернулось в заседание Реввоенсовета. Полностью Реввоенсовет берет ответственность на себя. Вдвоем они с командармом; к утру из Таганрога подъедет и Щаденко. Задержали Щелокова и Зотова; Орловский, как секретарь, занял свое насиженное место — торец стола.
— Заварили кашу…
Почувствовал Ворошилов: взятый ранее тон не подходит. Прозвучало нелепо. Сдвинутые хмуро пучки бровей у командарма даже не дрогнули; штабисты, понимая момент, подобрались, построжали глазами. Взваливают на себя немалую долю ответственности — как военные, знают, чем пахнет невыполнение приказа вышестоящего начальства в боевой обстановке…
— Да!.. — Ворошилов крепко впечатал ладонь в стол; переждал, будто удостоверяясь на слух, что тон подобающий, предложил: — Телеграмму послать Сталину. В Харьков… Кому еще?
Оглядел поочередно всех. Дольше задержал взгляд на Орловском — очкастый интеллигент, бойкий на перо, немало высказывает трезвого и нужного. Пожалел, нет Щаденко: нюх у него на такое отменный. Подумывал — в Кремль; что-то удерживало. Не может еще и сам отойти от давнего, съездовского своего выступления. Кремль возьмет на себя Сталин; это уж так меж ними сложилось…
— Главкому, — уверенно назвал Щелоков.
— Так уж доразу… предсовнаркому! — загорячился Зотов, словно чуя, что ему возразят.
— Дело наше чисто военное… — пожал плечами Ворошилов, опуская взгляд. — Семен Михайлович?
— Наркомвоену и посылать… Троцкому.
Наутро в Москву ушла телеграмма, копия — в Харьков: