— Скорее всего ты прав, — задумчиво ответил Рэни, кося глазом в сторону Лотэ, рассматривавшего торжественное шествие представителей Торговой гильдии, что несли на многочисленные дары, приготовленные по случаю близкой свадьбы наследника. — Если бы меня бросили в темницу, собираясь убить, я бы тоже не простил. Но ради Лотэ и Сэриэля стоит сделать хорошую мину, и уверять всех о примирении.
— Мои парни не идиоты! — Буркнул Баррэт, машинально поглаживая оголовье своего меча. — Но они тоже понимают, что худой мир лучше доброй ссоры. К тому же одно я знаю точно: как бы их родители не относились ко мне — моих детей они любить будут. Вот в этом я уверен.
Мимо троицы проследовал высокий, моложавый человек с грубоватым лицом, совершенно не похожий на аристократа. С широких плеч стекал белоснежный плащ с вышитой на нем изумрудной виверной, а следом шла толпа столь же высоких, кряжистых северян — представители северного маркизата Арн-Гит-Доро, во главе со своим лордом Суомом. За ними прошел со свитой лорд Вил эр Корр — граф Наррита, с северо-востока страны. Герб графства — голова белого волка на синем — был закреплен прямо на одежде графа и свиты. Дворяне эр Эрдо, усадив старого маркиза на его место, чинно расселись за его спиной под алым штандартом с черной птицей. Мелькнули черно-серебряные лилии Ваоттиро. Герцог с сыном появились из дверей, ведущих во внутренние покои дворца. Торопливо прошагали представители менее значительных родов. Последними в зал вошли надменные лорды запада, разодетые невероятно пестро и богато, по моде соседнего Мисирана.
«Асин, Асин…» — с тоской подумал юный Вориндо. «Если бы не ты… не твои занудные чтения толстенного Геральдического свода, над которым я засыпал… Не твои долгие лекции о гербах и традициях разных провинций королевства… не знаю, что бы я сейчас делал. Не знаю даже, смог бы я начать свою игру, не зная ничего об окружающем меня мире! Спасибо, Асин… Надеюсь, что ты простишь в ином мире мою маму. Вы ведь оба любили отца…»
— Пора, — чуть слышно сказал Рэниари: пару дней назад один из королевских секретарей передал юноше подробную инструкцию — что делать и как себя вести.
И все трое неторопливо, внешне спокойно, проследовали к местам, изначально принадлежавших роду Вориндо. И невозмутимо встали рядом: как претендующие на титул.
Луч солнца, пробившийся сквозь узкое окно, заиграл живым золотом в непокрытых волосах Рэниари. И фигура юноши словно вспыхнула в легком полумраке высокого зала, обрушив мгновенную тишину. Родственники, затянутые в темный бархат с вытканными на нем гербами (на изумрудном поле золотой дуб, как символ незыблемости и богатства), безмолвными стражами застыли за его плечами юного графа.
Изумление шелестом голосов разлетелось по залу, переходя в оживленный гул. На Рэниари всей тяжестью обрушились любопытство, жадность, восхищение, жажда обладания, дикая удушливая похоть…
И как кинжал в спину — обжигающая, ничем не замутненная ненависть!
Кое-кто даже вскочил на ноги, мешая соседям и пытаясь получше рассмотреть тонкий росчерк золотоволосой фигуры на темно-синих плитах пола. Не выдержав такого напора, Рэниари невольно обернулся, окидывая взором галдящие ряды. Чтобы тут же столкнуться взглядом с острым прищуром бирюзовых глаз красивого блондина…
Дориан Ваоттиро, сын и наследник герцога Аминела. Нареченный жених принца Эдмира.
Молодой герцог сидел подле отца, хотя должен был восседать рядом с принцем. Но старший Ваоттиро приказал Дориану сесть с ним, и юноша послушался, только сейчас оценив предусмотрительность родителя. Хорош бы он был под взглядами всего зала, сравнивающих его возможным фаворитом Эдмира!
Разглядев вблизи ненавистного соперника, Дориан с яростью и тоской понял, что проигрывает мальчишке по всем параметрам. На фоне невысокого цитадельца красота герцога выглядела довольно тускло. Он и сам это понимал, что не могло не злить амбициозного юнца едва не до колик. Рэниари же смотрел спокойно. Ему не было дела до переживаний и ревности будущего принца-консорта. Пусть забирает Эдмира себе. Самому юноше было нужно другое. И он сделает все, чтобы получить желаемое и покинуть столицу как можно быстрее.
Вошедший герольд прервал этот поединок взглядов.
— Его Величество Сорондо с сыном и наследником принцем Эдмиром!
Тяжелый, украшенный золотыми накладками массивный жезл стукнул по полу, и все собрание поднялось, приветствуя повелителей.
Король вошел стремительно, ни на кого не глядя. Принц же первым делом нашел взглядом Рэниари и широко ему улыбнулся, не скрывая своей радости. На лице Рэни не дрогнула ни одна жилка, в отличие от скуксившейся рожицы Дориана, которого покоробило столь демонстративное внимание жениха к другому.
Опустившись на трон, Сорондо небрежно кивнул, обозначив поклон.
