— Признаю… — нехотя процедил Эдмир спустя мгновение. — Я слишком привык все и всех вокруг подчинять. Прогибать под себя… И меня злит непокорность мужа. Но в то же время я больше всего на свете желаю ему счастья. Впрочем, это… я повторяюсь!.. не ваше собачье дело! Скажите спасибо, что я забуду вам ТУ наглость!
— Вы с ним равны… — тихо уронил Итарон, словно не слыша вновь начавшего заводиться наследника. — Оба сильные… каждый по своему!.. резкие, не умеющие идти на компромисс. Впрочем, ваше высочество, вы и не пытались никогда…
Эд даже поперхнулся от такого перехода.
— И чего вы добились той безобразной сценой? — Продолжал Верховный маг, не глядя в темное от гнева лицо молодого мужчины. — Показали власть над тем, кто физически вас слабее? Вот только ваш супруг окончательно замкнулся в себе. И это, когда его психика так нестабильная под влиянием кокона. Просто удивительно, но лорду Рэниари все-таки хватило и ума и такта не позволить чужим заметить разногласия между вами. У мальчика великолепное воспитание. Поразительно! Полный двор сплетников, до сих пор пребывающих в уверенности, что между вами страстная любовь. А вы всего лишь ревнуете мужа ко всем вокруг.
— Он поступил правильно, — процедил Эдмир нехотя. — Ни к чему чужим знать о наших ссорах. Слишком легко вбить кол в самое сердце королевства. Какие бы отношения нас не связали, но мы СЕМЬЯ! И это навсегда…
— Кто бы спорил, — осмелился перебить наследника маг. — Но почему вы никак не научитесь останавливаться вовремя?!
— Не ваше дело! — Серый взгляд наследника словно ножом резанул мага. — Не лезьте в нашу жизнь! Мы сами разберемся.
— Боюсь только, будет поздно!..
— Я больше не причиню зла Рэни! Последние дни я только сплю с ним в одной постели…
— И надолго вас хватит?
Эдмир вдруг встал и, быстро подойдя к креслу попытавшегося было вскочить мага, с силой надавил ладонью на его плечо, принуждая вновь сесть.
— Надолго, — твердо заявил он. — Я действительно дурею… и глупею!.. если дело касается моего мужа. Но в состоянии понять, что дальше наше противостояние продолжаться не может. И лучше уж я сейчас отступлю, чем потеряю любимого! Да, мне мало только помощника в делах и партнера в постели. Мне нужно… хочется чего-то более объемного. Я и сам не понимаю, чего именно хочу. Но желаю, чтобы Рэниари принадлежал мне не только душой и телом, а… а дальше я и сам не знаю…
— Любви вам хочется, ваше высочество, — устало заключил старый лорд. — Любви. Вот только любить-то вы и не умеете. Только брать и требовать.
Эдмир ничего не ответил на этот выпад, лишь сильнее сжал пальцы на плече Верховного мага и тут же ослабил хватку, отходя к камину.
— Как же вы с Сорондо похожи!.. — тоскливо протянул лорд Ламител. Спина стоявшего у огня наследника даже не дрогнула, только широкие плечи закаменели. — Столь нетерпеливы и жестоки в любви… Интересно, что вы будете делать, если принц-концорт, разочаровавшись в вас, полюбит вновь. И не вас. Запрете его в крепости? Убьете его избранника или избранницу? Или… отпустите?
— Никого не убью и не запру, — ровно отозвался Эдмир, не оборачиваясь к собеседнику. — Как бы я не возненавидел соперника, но у меня хватает ума понять, что смерть любовника только окончательно оттолкнет Рэниари от меня. А этого я не желаю. Так что, та гипотетическая сволочь будет жить и даже радоваться жизни! Желательно подальше от границ Хилдона. Но Рэни я ему не отдам!
— И не отпустите?.. — с легким интересом уточнил маг.
— И не отпущу!.. — прошипел его высочество. — Муж мне и самому нужен. Если надо, я даже пойду на шантаж — или твой избранник, или твоя лояльность ко мне!.. Но не отпущу. И не допущу трагедии моей матери! Я не могу позволить Рэни уйти. Он нужен мне, как воздух! Он моя жизнь! Мое сердце! Он для меня все! И плевать на силу Искры. Мне нужен только мой муж! И он будет моим, чего бы это ни стоило!
Повисшая после этих слов тишина расплавленным свинцом вливалась в головы собеседников.
Больше говорить было не о чем…
— Вы позволите мне удалиться, мой принц? — Не выдержал Итарон, когда молчание в кабинете стало совсем уж тягостным. Эдмир только головой нетерпеливо дернул, давая свое соизволение. И лорд Ламител, встав с кресла, устало побрел к двери. На душе у него было пасмурно и гадко, словно на заброшенной свалке. Кажется, ничего у них с Сорондо не вышло…
— Я не могу вот так сразу смириться с нашим родством, — догнал старика холодный голос наследника. Эдмир по-прежнему стоял, облокотившись о каминную полку, и глядел в огонь. — Но… ради родства я готов забыть наши прежние разногласия и принять вас, лорд, своим советником. Но только советником, а не тем, кто будет совать нос в мою личную жизнь.
«И то хлеб, — с невольным облегчением закрыл за собой дверь Верховный маг. — Надо же с чего-то начинать…»
…Два прекрасных в своей ослепительной наготе тела сплетались на кушетке, стоявшей у распахнутого в сад окна. Перетекали одно в другое… скользили друг по другу, демонстрируя непрошеному свидетелю завораживающую идеальность мускулистых, великолепно тренированных тел…
