Юный консорт нерешительно положил ладони на замершие половинки, слегка их раскрывая и обнажая темную, глубокую щель с трогательно розовым, сморщенным колечком ануса, на который очень удачно падал свет единственного ночника. И замер, нависая над старшим супругом, не решаясь на дальнейшее.
Эдмир же горел. Впервые он не брал, а подчинялся кому-то. Нет, не кому-то — ЛЮБИМОМУ. Скрестив перед собой руки и положил на них подбородок, наследник чутко принимал трепет нерешительных ладоней мужа, его прерывистое дыхание у себя за спиной. И как-то даже забыл от вдруг накатившей нежности, что вообще-то тугую дырку принято разрабатывать и предварительно смазывать маслом. Впрочем, от Рэниари он готов был принять даже боль. Но юноша вдруг завозился и резко отстранился от него.
— Опять играешь? — Настороженно блеснул в полумраке глазами, и тревожно заглядывая в лицо старшего мужа. — Зачем тебе это?
— Хочу тебя до одури, — честно признался Эдмир, мягко улыбаясь: в паху все горело и каменело. — А навредить боюсь.
— Но целители… — начал было Рэни как-то растеряно. Но перевернувшийся на спину мужчина нежно привлек юношу к своей груди, ощущая неровный стук его сердца.
— Я слишком тебя хочу, — повторил он, целуя Рэниари в высокую скулу. — Слишком… Боюсь не сдержаться. Так что придется тебе побыть сверху. Какая разница, где быть, если любишь.
И Рэниари замер.
Стук его сердца превратился в бешеный галоп — Эдмир даже на миг испугался. Но тут юноша мягко отстранился от него и сел на колени между разведенных ног принца-наследника.
Его руки нежно легли на бедра мужа, еще больше разводя их в стороны. И Рэни наклонился, мимолетно целуя своего старшего в самый кончик качнувшегося члена, губами собирая капельки смазки. Эдмира же внезапное наслаждение заставило подкинуть вверх бедра. Он застонал и вцепился в волосы мужа, мигом поняв, что тот собирается делать.
— Нет… — прошептал он, задыхаясь. — Я очень этого хочу… Но сегодня… ВОЗЬМИ!
— Хорошо… — тихий шепот супруга как бальзам на открытые раны сердца. — Лишь бы ты потом не пожалел…
— Не пожалею! — Эд перевернулся, вновь становясь в коленно-локтевую позицию.
…Боги мои! Хорошо-то как!
Твои волосы скользят по моей коже, даря изысканную ласку! Твои руки сами знают, что им делать. А боль… Да какая это боль! Так, легкий дискомфорт, когда любимые пальцы, растянув, начинают гладить тебя изнутри, мимолетно касаясь нужного местечка! Да тут голова идет кругом от чувства ПРИНАДЛЕЖНОСТИ тому, кого так страстно желаешь!
Боги мои, только не останавливайся!
И Эдмир, подчиняясь неконтролируемому возбуждению, сильно прогнулся в пояснице, впуская в себя горячую плоть. Разума в этот миг у принца-наследника больше не осталось. Только инстинкты…
Сам Рэниари чувствовал сильное волнение, одновременно и страшась, и отчаянно желая взять мужа. Как-то даже в голову не приходило причинить Эдмиру боль, отомстив за прежние мучения. Наоборот, сердце переполнялось нежностью пополам с тоской. А потом они исчезли, оставив одно лишь нарастающее желание, когда напряженный член юноши стал медленно погружаться в жаркую тесноту. Даже предварительная растяжка и обилие смазки с трудом помогало проникновению.
Но накатившие ощущения были непередаваемыми!
То, что юноша испытывал раньше, не шло и в сравнение с тем, что он испытал СЕЙЧАС. Даже ласки ртом и рукой не могли сравниться с туго обхватившим его пульсирующим, равномерным жаром. Внутри Эда оказалось так хорошо, что перед глазами темнело. И мгновенно потерявший над собой контроль Рэниари судорожно дернулся, желая лишь одного — резко и часто вбиваться в горячее тело под собой!.. преодолевать сопротивление мышц, сжимающих его!.. вколачиваться, сходя с ума от все нарастающих спазмов!.. чувствуя, как поджимаются яйца!.. как по спине вниз, к паху, катится огненная волна желания!.. и сама кожа горит!.. а ты кричишь, изливаясь в разработанную тобой же глубину, содрогаясь от сладких судорог вместе с тем, кого только что брал…
Рэниари распахнул глаза.
Он лежал на спине тяжело дышавшего мужа, мокрой от крупных капель пота. И сам был мокрым как выкупанная мышь. Казалась, вся спальня пропахла запахом их совместного безумия.
Ах, да… он же не задействовал амулет очистки, лениво подумал Рэниари, с трудом сползая с широкой спины супруга. Вялый член юноши выскользнул из задницы Эда, и при свете ночника жемчужно замерцала струйка спермы, показавшаяся из ануса принца-наследника. Это зрелище словно притянуло к себе завороженный взгляд Искры. И Рэни замер, а потом с какой-то нежностью осторожно погладил мужа по прогибу поясницы, кончиками пальцев очерчивая трогательные ямочки у начала ягодиц.
Мыслей не было.
Ни одной.
Только тихая благодарность и бесконечная усталость после перенесенного оргазма…
И потому юноша даже не вздрогнул, когда как-то вдруг резко извернувшийся Эдмир сграбастал его в объятия. Только молча смотрел в переполненные эмоциями серые глаза старшего мужа, сам не зная, чего ждать в ответ на свою выходку.
Но был только долгий, нежный поцелуй, после которого они так и уснули, даже забыв вымыться.
