Звать Вериатель он не стал. Он знал, что она придет сама, и ждал ее появления с придыханием. Их встречи были частыми, за что он был благодарен Илле – ведь тот сдержал обещание. Но демоница была так безучастна, так грустна там: и на берегу скрытого в пещерах озера, и у Пущи Праотцов, – что Юлиану хотелось увидеть ее неукротимой и грозной, как прежде. И он увидел ее.
Она выпрыгнула из воды, встала копытами на гладь реки и приветственно заржала, погарцевала. Красиво вскинув голову, Вериатель оттолкнулась от полотна реки, взмыла в воздух и скакнула в огромном прыжке на обрыв, за перила. Щеки Юлиана обожгло каплями ледяной речной воды, когда демоница тряхнула своей гривой. Ее упругие ноги не переставали отплясывать дробь от радости встречи, а ноздри раздувались так, будто оттуда сейчас вырвется не вода, а пламя.
Где из глубин Химей донеслось еще одно ржание. Однако Мафейка лишь мельком показалась из воды, вынырнув ненадолго. Она была дикой и всего людского боялась, а оттого сад ее пугал и злил одновременно. Именно поэтому буйная демоница решила дождаться в воде и только приветственно и очень живо фыркала водой.
Юлиан приласкал мокрую гриву темно-мышастой лошади и поцеловал ее в теплую морду, отчего кобыла игриво мотнула головой.
– Я тоже соскучился по тебе такой, Вериателюшка… На север, мы уйдем на север… Как ты и хотела.
Юлиан посмотрел на браслет на руке и решил, что избавится от него уже на севере – держаться за скачущую кобылу одной рукой неудобно. Тем более Вериатель стала очень настойчиво тянуть его за рукав, хватаясь зубами – ей уже самой не терпелось увезти своего избранника подальше от бед.
Тот уж было напрягся, чтобы запрыгнуть на ее спину, как вдруг увидел темный силуэт среди черных стволов платанов. Силуэт стоял, не шевелясь. Он стоял, укрытый тенями. Но Юлиан увидел яркие голубые глаза, белое лицо и темные пряди, которые выбивались из-под шаперона.
– Господин Донталь? – искренне удивился он. Вот уж кого он не ожидал здесь увидеть, так это герцога.
Фигура вышла из тени. Она подставилась под сияние луны, но от этого не перестала быть менее зловещей. Откуда здесь, в Элегиаре, Горрон? Уж не мимик ли это? Уж не плод ли больного воображения?
– Не разглядывайте меня с таким удивлением, Юлиан. Я – это я, самый что ни на есть настоящий и исключительный, а не иллюзия, – улыбнулся герцог.
Юлиан отошел от кобылы к Горрону и осторожно пожал тому руку. Ладонь была мягкой, но крепкой – в теле гостя чувствовалась затаенная сила, – и Юлиан откинул всякую возможность мимика. Тем более гость свободно произнес фразу на Хор’Афе, что было под силу либо высшему демону, либо очень опытному демонологу, посвятившему всю жизнь изучению языка.
Вериатель вдруг сделалась недовольной и зло захрипела, но гость взглянул на нее без страха и подошел еще ближе, совсем не боясь.
– Как вы сюда попали?
– По просьбе нашего любимого всеми главы, Летэ фон де Форанцисса, – отозвался герцог. – Однако ваша мать рассказывала, что вы отправились на Юг попутешествовать. Поэтому, когда я узнал о некоем вестнике Гаара по имени Юлиан, который прибыл из Ноэля и был удивительно похож на чистокровнейшего северянина, то обо всем догадался. Любопытство взяло вверх, и я заехал пообщаться с вами, хотя путь мой лежит много дальше.
На Горроне были надеты южные шаровары и рубаха, а на правой руке сверкал серебром наплечник – не будь герцог белолицым и синеглазым, можно было бы счесть его за местного аристократа. «Как же он ловко перевоплощается, чувствуя себя везде как рыба в воде», – отметил про себя Юлиан, невольно восхищаясь этому навыку.
– И вы здесь только из любопытства? – спросил он осторожно.
– Любопытство, мой друг, это единственное, что держит меня на этом бренном свете. Любопытство – есть познание. Не будь его – и мир бы сгинул.
И Горрон обаятельно улыбнулся, сверкнув клыками. Вериатель же, фыркнув, уже скакнула боком, призывая сесть на нее, но Юлиан не отреагировал, удивленный такой неожиданной встречей. Тогда демоница боднула красивым лбом своего избранника. Но и в ответ он лишь погладил ее и чуть отодвинул, не отрывая взгляда от герцога.
– Куда лежит ваш путь?
– Как пообщаюсь с вами, Юлиан, то отправлюсь в Нор’Эгус. Поговаривают, что там обитают, прячась, другие старейшины, и я желаю познакомиться с нашими, так сказать, затаенными братьями.
– Ваше путешествие будет небезопасным. Нор’Эгус сейчас воюет с Нор’Мастри, а вскоре к войне присоединится и Элейгия. Королевства концентрируют у себя всех магов, и оттого они похожи на злой муравейник, где каждый встречный желает изобличить соглядатая, но может изобличить ненароком бессмертного.
– Однако вы сами здесь, на юге, в сердце магии и ядов…
– Хм… – Юлиан нахмурился. – Я оказался здесь не по своей воле.
– Вас привели?
