– Нет, только не сейчас! – требовательно произнес Атилиу. – Не надо беспокоить Сезара перед операцией мальчика. Пусть она пройдет успешно, и тогда можно будет обо всем поговорить без всяких осложнений. Мы должны думать прежде всего о здоровье Луисинью!
– Да, пожалуй, ты прав. Тут наши с Сезаром интересы полностью совпадают, и я не буду доставлять ему сейчас излишних страданий. Но потом!..
– Ты обещал мне! – напомнил ему Атилиу.
– Да, обещал, – согласно покачал головой Сейшас. – Я же не говорю, что попытаюсь отсудить своих детей у их нынешних родителей. Но мне нужна полная ясность, и я добьюсь ее от Сезара любой ценой!
– Ты только не говори Бранке о своей догадке, – попросил его Атилиу. – Как-никак Анжела – дочь Марселу. И Бранка скорее всего примет его сторону, а не твою. Ты меня понимаешь?
– Да. Элена тоже пока ничего не должна знать?
– Нет, почему же? – не понял его Атилиу.
– Но ведь Эдуарда – ее дочь…
– Насчет Элены ты напрасно беспокоишься, – заверил его Атилиу. – С Эленой мы пережили много сложностей, и теперь между нами не может быть никаких недомолвок. Нам гораздо легче разрешать любую проблему вдвоем, нежели поодиночке.
– Ну, тебе видней, – не стал с ним спорить Сейшас.
За разговором они не заметили, как гости встали из-за стола и переместились на лужайку близ бассейна, где была оборудована небольшая сцена, украшенная цветочными гирляндами, а на ней красовался рояль и суетилась Мег, отдавая последние распоряжения помогавшим ей Наталье, Тражану и Ромеу.
Наконец Мег объявила о начале концерта и села к инструменту.
Звуки этой импровизированной увертюры донеслись до слуха Сейшаса и Атилиу, и они тоже поспешили занять места среди зрителей.
Бранка восседала на почетном месте – в первом ряду, в самом центре. По правую руку от нее расположилась Лидия, а по левую многочисленные бабушки, начиная от Элены и кончая Мафалдой.
Поначалу с концертными номерами выступали дети Марселу и Эдуарды, а затем Мег пригласила на сцену и остальных – Луиса, Атилиу-младшего и Сандру. Каждому из них предлагалось спеть, или сплясать, или прочитать наизусть стихотворение.
Сандра была уже большой девочкой и сама выбрала песню для исполнения, по-взрослому осведомившись у Мег, сможет ли та быстро подобрать мелодию на фортепьяно и аккомпанировать ей.
А к Атилиу и Луису сразу же выбежали на сцену их мамы с советами и наставлениями. Леу тоже не удержался на месте и принялся наставлять Атилиу вместе с Катариной.
Наблюдая за этим всеобщим волнением, Бранка с грустью прошептала Лидии:
– Посмотри, как вся молодежь засуетилась. И только наши оказались не у дел. Сидят, словно чужие на этом празднике жизни!
– Да, – разделила ее печаль Лидия. – А ведь могли бы иметь такого же большого мальчика, как Атилиу. Женились-то в один день с Леу и Катариной!
– Нет, я больше не стану ждать, пока Сейшас дозреет до того, чтобы прижать эту гадюку Изабел! Сегодня же позвоню ей и пригрожу судом! Пусть выкладывает деньги, если не хочет перед всей Бразилией объясняться, куда она подевала родных детей!
Свою угрозу Бранка осуществила в тот же вечер. Но разговор повела в привычной для себя «светской» манере, начав издалека и постепенно подготавливая главный удар.
– Здравствуй, – поприветствовала она Изабел вполне нейтральным тоном, набрав ее номер телефона. – Как поживаешь?
– Бранка, ты что ли? – узнала ее голос Изабел. – Вот уж кого не ожидала услышать! Чем обязана?
– Да мало ли чем ты мне обязана! Разве все перечислишь? Я не затем звоню.
– А зачем? – холодно спросила Изабел.
– Так, по старой памяти. Можно сказать, от скуки. Я ведь теперь живу скучно – не то что ты! У тебя, наверно, даже нет времени, чтобы вечером посмотреть телевизор? А я развлекаюсь с его помощью даже днем…
– У меня нет времени также и на пустые телефонные разговоры! – грубо оборвала Бранку Изабел. – Говори прямо, что тебе от меня понадобилось?
– Да ничего особенного. Просто захотелось немного поболтать с тобой на разные женские темы – как в старые добрые времена.
– Оставь свои штучки, Бранка! – рассердилась Изабел. – Я тебя слишком хорошо знаю, чтобы поверить в эту ерунду. Ты можешь обойтись без преамбулы и сказать наконец зачем звонишь.
– Да в общем, могу, – прикинулась овечкой Бранка, а на самом деле приготовилась к главному беспощадному прыжку. – Я тут вчера днем смотрела телевизор и вспомнила тебя.
– Меня сейчас едва ли не каждый день показывают по телевизору, – высокомерно произнесла Изабел. – И если я буду всякий раз обсуждать это по телефону со своими прежними, давно забытыми знакомыми, то у меня не останется времени для дела.
– Но меня-то ты еще, слава Богу, Не забыла, – поддела ее Бранка. – Сразу по голосу узнала. Спасибо! И я о тебе тоже вспомнила вчера…
– Ты повторяешься. Я это уже слышала, – раздраженно бросила Изабел, но Бранка продолжила как ни в чем не бывало:
