Рен раздраженно фыркнула и по привычке начала перебирать бумаги на своем столе, складывая их в стопку. Свет начал мигать, и она, посмотрев на лампу в противоположном конце кабинета, сделала мысленную заметку вызвать в понедельник мастера, чтобы он починил ее. Рен не нравилась темнота, а зная ее удачливость, у нее были все шансы остаться здесь в кромешном мраке. От этой мысли сердце забилось быстрее, и внутри возникла дрожь. Она сделала глубокий вдох, сунула телефон и ключи в сумку и в последний раз оглядела свой маленький кабинет, убеждаясь, что забрала все необходимое, потому что выходные предстояли долгие.
Недовольство возросло еще сильнее, когда она осознала, что ей снова придется столкнуться с летней жарой, а Рен ненавидела ощущать ее на своей коже. Она с ужасом представила себе, как выйдет в душный летний воздух и на мгновение ощутила, будто дьявол своей рукой сдавливает ее легкие. Холодный душ, вредная еда, дерьмовый фильм и успокоительная таблетка помогут избавиться от всего этого. По крайней мере, Рен на это рассчитывала.
Когда она шагнула в темноту, настроение немного улучшилось при мысли о том, что завтра ее ждет утро нового дня.
И направилась в сторону
Риз на цыпочках пробрался на второй этаж апартаментов Фернвуд — небольшого квартирного комплекса на окраине Луисвилля. Риз больше был похож на привидение — его движения были настолько рассчитаны и продуманы, словно этого момента он ждал всю свою жизнь. В конце концов, он пришел пожинать плоды. Его широкие тяжелые шаги едва касались бетонного пола, потому что опасность разбудить всех мирно спящих в своих четырех стенах пробирала его до костей.
Он уловил слабое мерцание цифр номера на двери, очертания которых так хорошо запомнили его руки, яростно рисовавшие их в приступе неконтролируемого безумия.
Риз и раньше вскрывал и дома, и машины, в этом он был почти виртуозом, внимательно следил за тем, чтобы идеально открыть замок, не поцарапать дверную ручку и не оставить после себя никаких доказательств. Оказавшись у цели, он на секунду приложил ухо к двери, словно нежный любовник к груди своей возлюбленной, чтобы понять, дома ли Рен. Не услышав никаких подтверждений тому, что она находится в квартире, Риз нащупал нож и вытащил его из кармана своих окровавленных штанов, на мгновение задержав взгляд на брызгах, отлично смотревшихся на потертой ткани — результат того хаоса, который он недавно пережил, а, кроме того, разоблачения всех секретов отца Салливана.
Он обязан был оставить позади эту часть своей жизни. Секреты теперь мертвы и никогда не оживут. Ризу не хотелось их воскрешать, даже если бы он мог сам вызвать их обратно из преисподней. На этой земле ему осталось сделать единственное: добраться до своего ангела и услышать о своем искуплении из ее сладких уст. Риз был уверен, что ему придется быть очень убедительными, чтобы заставить ее выслушать все, что он должен сказать. Но он готов проделать путь в ад и обратно — в буквальном смысле — чтобы она была с ним. И определенно Риз не собирается уходить без боя.
Риз внимательно осмотрел дверную ручку, с которой местами облезала золотистая краска, и просто повернул ее вправо, пока не услышал щелчок замка.
Но запах невинности, за который он цеплялся все эти годы, отсутствовал, и это породило в нем внутреннюю злобу. Мысль о ней с другим мужчиной сводила его с ума, и он пытался убедить себя не переступать черту, которая даже у него вызывала страх. Оказываясь в таком состоянии, он не мог за себя ручаться.
