— У тебя ведь есть тайны, Рен? — с беспокойством в голосе расспрашивал Риз свою сводную сестру, забившуюся в угол их общей спальни. Он восхищенно смотрел, как трепещет ее белая ночная рубашка на осеннем ветру, влетавшем в открытое окно и кружащем в танце по комнате. Рен была самым прекрасным из всего, что он видел в жизни. Риз был влюблен. С тех пор, как их родители поженились, прошло уже восемь лет, но его любовь не ослабевала. Наоборот, она становилась сильнее.
С того дня, когда он попал в неприятности на площадке с качелями, и после его встречи с мистером Крысом, Ризу удалось создать себе образ порядочного мальчика. Он был тихим, слушался свою мать и отчима. Разговаривал редко, только тогда, когда было нужно. На вопросы обычно отвечал односложно. Но для него это не было большой проблемой. Он предпочитал держаться в тени, стараясь, чтобы его не замечали. Не так уж много людей изъявляли желание поговорить с ним. Даже его собственная семья. Но Риз не особо возражал против этого, потому что любил быть один.
Ему было всего шесть лет, когда он влюбился в ангела. Риз до сих пор помнил запах ее волос — они пахли сахарной ватой — и то, как забавно она не выговаривала букву «Р». Когда они только познакомились, она несколько лет подряд звала его «Йиз» вместо «Риз», но он не возражал, потому что любил ее. Он не знал, почему. И даже не пытался разобраться в этом. Это одна из тех вещей в жизни, которая просто есть и все. В жизни Риза Рен была единственной неизменной величиной, которая его не огорчала. С ранних лет он знал, что вкус рая придется ему по душе. И понимал, что ему будет мало вдыхать запах сахарной ваты от ее волос, пока она спит. Совсем скоро этого окажется недостаточно.
Рен не ответила. Риз и не ожидал, что она ответит. Своим требовательным тоном он испытывал ее, размышляя, как далеко сможет заставить ее зайти своими манипуляциями. Возможно, она просто не помнит, а, возможно, он действительно был плохим мальчиком. В любом случае, он планировал обернуть все себе на пользу.
— Когда ты собираешься ответить на мой вопрос, Рен? Рано или поздно я сломаю твое сопротивление, и от этого падение окажется еще более глубоким, — сказал Риз, направляясь к ней через всю спальню. Он знал, куда надо наступать, чтобы полы не скрипели, поэтому шел зигзагами по обшарпанным деревянным доскам.
