Искупление страстью полностью

– Вы тоже… – Я вспомнила наш разговор в оптике. – Ваша «диссертация» – это?..

– Диссертация? – хохотнул Дерек. – Что ты наплел ей?

– Надо поддерживать легенду, – растерянно отозвался Джон, но я видела, как игриво блестели его карие глаза. – Приступим?

Дерек отставил для меня кресло и сел на соседнее. Он положил руку мне на колено и крепко сжал. Я едва смогла сосредоточиться на его словах, мысли кружили вокруг приятных ощущений: он медленно водил пальцами по моей коже.

– Правила, Астрид. Изучи их и запомни. Они для твоей защиты в клубе и для игры дома. Нарушение правил влечет за собой наказание. Все в рамках оговоренных и заверенных табу. Все ясно?

И Дерек, и Джон смотрели на меня так, будто я на собеседовании в крупную корпорацию. Дрожащими пальцами я взяла лист и прочитала.

«1. Уважение. Когда Доминант и Сабмиссив наедине, разрешается называть Дома по имени, но перед другими тематиками обращение должно быть соответствующим. В данном случае “Учитель” или “Сэр”.

2. Неприкосновенность. К Сабмиссиву может прикасаться только Доминант. Другие физические контакты возможны с разрешения последнего.

3. Правила. Сабмиссив обязуется исполнять все, что Доминант и Сабмиссив засвидетельствуют в контракте. Если для Саба что-то покажется “чересчур”, он может использовать стоп-слово, и Дом обязуется немедленно прекратить сессию без выяснения причин.

4. Покорность. Когда сессия начинается, Сабмиссив должен принять соответствующую покорную позу: встать на колени и сцепить руки за спиной. Сабмиссив не имеет права говорить без разрешения Доминанта, если не оговорено иное. (Ремарка: в нашем случае это правило упрощается – Сабмиссив имеет право говорить, когда захочет, но должен прислушиваться к командам Доминанта.)

5. “Нет” ненормативной лексике от Сабмиссива, это грубо».

Когда я прочитала список, то едва не разрыдалась. Дерек заметил мои слезы и участливо спросил, не слишком ли все это. Слишком? Я ожидала, что он заставит меня ползать по квартире на коленях! Но больше всего радовало то, что я могла выкинуть тетради и стикеры – теперь в моей голове всегда будут правила и я смогу прекратить выматывающий самоконтроль.

– Прекрасно, – сказала я.

– Тогда подпиши здесь и посмотрим контракт.

Я поставила свою роспись, Дерек сделал то же самое. Джон забрал бумагу с правилами.

– Я верну, – ухмыльнулся он. – Посмотрите контракт.

Дерек взял бланк и протянул мне, а я прикусила язык, чтобы не выругаться. Около пятидесяти пунктов! Что-то понятно: например, связывание или шлепки. Но многие термины я видела впервые – бладплей (игры с кровью) или медфетиш (игры с медицинскими инструментами). Пояснения в скобочках мало о чем говорили, я слабо представляла «игры» на практике.

– Стоп-слово оставим «зеленый-желтый-красный», – сказал Дерек. Заметив мое замешательство, он забрал список. – Обсудим твои границы. – Дерек взял ручку и начал сам ставить галочки. – Думаю, не стоит перечислять то, что мы делать не будем, – это затянется до полуночи. Решим, к чему ты готова сейчас. Позже внесем корректировки в контракт.

– Позже? – переспросила я.

– Если тебе захочется расширить свои границы. Такое бывает.

Я сомневалась в подобном варианте, но промолчала.

– Связывание?

– Да. Только не наручники и не ремни.

– Понял. – Дерек подчеркнул «веревки». – Повязка на глаза?

– Да.

– Подвес? – Я нахмурилась, и Ричардсон объяснил: – После связывания я подвешу тебя, и ты сможешь парить над землей.

– М-м-м… Звучит интересно.

– Игры со льдом?

Я покраснела, вспомнив нашу сессию.

– Точно. Добавил.

Так мы проговорили около десяти пунктов.

– Пока достаточно. – Он передал Джону бланк, и Голдман поставил свою подпись, заверяя документ как свидетель. – Мы почти закончили. Я официально считаю тебя Нижней, Астрид, – голос Дерека сладкий, словно мед, – и я благодарен за доверие. В знак того, что ты моя, прими этот браслет. – Дерек достал из кармана пиджака бархатную коробку.