Я забыла обо всем: кофе, книги, автобус… Слезы капали на щеки, а нос забился, мешая сделать вдох. Или паника до сих пор сжимала ребра? Да, верно. Я схватилась за горло. Шериф Дэвис придет в кампус… в коттедж… Заставит поехать с ним. Убедит всех в своей правоте. Покажет значок. Доведет дело до конца. Убьет. Убьет… Я задыхалась от нового приступа, ударяла себя в грудную клетку, сжимала челюсти. Дыши! Вдох ворвался со стоном. Новый – легче. Я встала, подняла сумки.
В кампусе оставаться нельзя. Утирая слезы, я осматривала пустую улицу. На подоконнике Дерека виднелся ярко-синий цветочный горшок. Я улыбнулась. Он любит цветы? Эта мысль отчего-то успокоила. Я так и не разгадала тайны профессора, но в момент отчаяния могла доверять только ему. Неосознанно. Инстинктивно. Будто уже ему принадлежала.
Дерек сказал, что заедет за мной вечером. Удушающая паника отступила. Все равно нужно забрать вещи из кампуса.
Навстречу шли люди. Заметив мое состояние, они бросились на помощь, и я попросила вызвать такси.
– С тобой все в порядке? – спросил Лиам.
– Угу. – Я вцепилась в чашку, чтобы руки не сильно дрожали.
Идея напроситься в особняк мужского братства, а вернее в комнату к Лиаму, пришла в голову во время поездки на такси. Лиам был рад помочь, но от него не укрылось, что я затравленно поглядывала на дверь.
– Моника и Нейт обещали принести твои вещи, – сказал Лиам. – Ты точно справишься одна? Я опаздываю на тренировку, но если надо остаться…
– Справлюсь. – Я попыталась улыбнуться, скулы свело. – Моя подруга заселится через пару часов.
Подруга приехала из Нью-Йорка, я проведу с ней пару дней – такова моя легенда для Лиама и соседок. Но, боюсь, никто мне не поверил.
– Это же не связано с профессором…
– Не начинай. – Я допила горячий шоколад. – Не связано.
Лиам недоверчиво кивнул, но допытываться не стал. Он взял пустую чашку, помахал и ушел.
В одиночестве разыгралась фантазия: по стенам ходили тени, ветки били в окно, выл ветер. Я прислушивалась к каждому шороху из коридора. Пару раз прозвучал мужской смех, но я надеялась, что это кто-то из братства.
– Астрид! – Дверь распахнулась. Моника зажгла свет, и я поняла, что она в той же одежде. Чувство вины скрутило живот – наверняка я нарушила ее планы. Моника подошла и начала сыпать вопросами: – Почему ты одна? В темноте? Что случилось?
– Ты привезла мои вещи? – Очередную порцию жалости я не вынесу.
– Конечно. – Моника поставила на кровать рюкзак. – Накидала самое необходимое, по твоей инструкции.
– Спасибо. – Искренняя благодарность вызвала очередные слезы.
Я крепко обняла Монику.
– Если кто-нибудь спросит обо мне, – слова давались тяжело – мозг представил, будто все происходит в реальности, а шериф Дэвис уже на пороге кампуса, – то скажите, что не знаете, где я.
– Мы и не знаем, – заметила Моника. Отстранилась, снова погладила меня по щеке, как мама. – Куда ты едешь? – Она осеклась. – Тот тип…
– Все уляжется.
– Заяви на него! – горячо воскликнула Моника. – За преследование!
– Я не уверена… Что я скажу?
Мое лицо выглядело лучше, а синяки могли быть из-за бытовых травм – именно такими травмами я обычно оправдывалась.
Моника покачала головой.
– Если увижу его, точно не буду молчать!
У меня не осталось сил возразить. Только я знала, на что шериф Дэвис способен. Каким обаятельным и порядочным он может быть.
– Спасибо. На связи.
Мы попрощались, и я вновь осталась в одиночестве: ждать Дерека.
Память подкинула воспоминание о дне, когда я решила опрометчиво поехать в Луксон, а профессор Ричардсон поцеловал меня перед отъездом. Надо было согласиться и пойти к нему. Не связывать романтичное решение о переезде с удушающим страхом.
Но Дерек вспомнил другой день.
– Все как в ту встречу. Я предложил тебя подвезти, ты согласилась поиграть в мои игры. Что? Не будешь сегодня пачкать сиденье?
Я сжимала ремень безопасности.
– Можешь испачкать. Мне польстило, – вновь попытался завести диалог Дерек. – Ты, наверное, устала после лекций. Отдыхай, – растолковал он мое неразговорчивое настроение.
Я улыбнулась. В уютном салоне мне действительно стало легче. Надеюсь, с Дереком я узнаю, что это такое – быть в безопасности.
В общем коридоре в одной из квартир зазвучал громкий лай.
– Соседский пес? – с сочувствием усмехнулась я.
Дерек не улыбнулся.
– Хуже. Мой пес. – Ричардсон вставил ключ в замочную скважину, а когда открыл дверь, навстречу нам выбежала длинношерстная такса кофейно-рыжего окраса. Гавкая и задорно виляя хвостом, она начала подпрыгивать. – Ну все, все, успокойся. – Дерек пытался выглядеть привычно строгим, но уголки его губ вздрогнули в неуверенной улыбке.
