Под Северным Возрождением подразумевается период расцвета культуры и искусства в странах Европы, расположенных севернее Италии, который пришелся на XV–XVI века. Однако термин «Северное Возрождение», к которому мы уже привыкли, — достаточно условный, его применяют по аналогии с итальянским Возрождением. Еще Якоб Буркхардт, швейцарский ученый из плеяды выдающихся историков культуры и искусства XIX века, в труде «Культура Возрождения в Италии» доказывал, что Возрождение как явление возможно в Италии и только в Италии. Действительно, страны, расположенные к северу от Альп, — а именно они были главными очагами Северного Возрождения — по сути, ничего не возрождали. Расцвет искусства здесь вовсе не был связан с античной культурой. Так что эта глава будет условно разделена на две части. В первой мы рассмотрим произведения итальянского Ренессанса, а во второй — особенности Северного Возрождения в сравнении с итальянским, основные факторы, определившие его характер, и памятники.
Как мы уже отмечали ранее, западноевропейское искусство создало бесчисленное количество изображений Страшного суда, однако иконография этих произведений в основном заимствована из Евангелия от Матфея, которое содержит наиболее подробные описания этого события (главы 3, 12, 13 и 25), а не из Откровения, в котором собственно Страшному суду посвящено всего три стиха — Откр. 21: 11–13. Страшный суд также упоминается в книге Еноха и в книге пророка Даниила. Таким образом, будет ошибкой считать, что образы Страшного суда были вдохновлены Откровением, и следует признать, что иногда довольно затруднительно определить, был ли какой-либо образ или рельеф вдохновлен Матфеем, Откровением Иоанна или вообще каким-то сочетанием различных источников. Тем сложнее (и интереснее!) рассматривать произведения на этот сюжет.
В эпоху Ренессанса искусство Италии становится более светским. Основным заказчиком и «потребителем» все еще выступала церковь, но создавались произведения и на мифологические сюжеты, совершенно светские самостоятельные портреты, не вписанные в религиозные композиции. Гуманистическая философия вывела человека на новый уровень, он больше не воспринимался как существо греховное, неразумное, а считался теперь способным уподобиться Богу в акте творения[56]. Антропоцентризм и идеализация богоподобного человека, характерные для ренессансной философии, привнесли существенные изменения в иконографию, поколебали прежние нравственные стереотипы. Кроме того, культура Ренессанса была невероятно веротерпимой; это позднее, уже после Реформации, в целях борьбы с вольнодумием в вопросах веры церковь положениями Тридентского собора запретила обсуждение догматических вопросов вне церковных кругов. Но эпоха Ренессанса пользовалась невероятной свободой. Религиозно-философские дискуссии охватили все слои просвещенного населения и одинаково оживленно велись как в кулуарах папской курии, так и в студиоло[57] гуманистов. Эта веротерпимость расширила горизонты религиозно-философских представлений, обратила взоры художников к ранее не используемым темам, способствовала изменению трактовки уже устоявшихся привычных сцен. В эпоху Возрождения сюжеты Священной истории прочитываются как реальные исторические события, переосмысливаются с точки зрения современных реалий. Философия Возрождения привела к новому осмыслению человеческой природы и конечной цели бытия, что не могло не отразиться в искусстве.
Неудивительно, что апокалиптические сюжеты в итальянском искусстве Ренессанса встречаются редко. Однако на рубеже XV–XVI веков темы рая и ада, Страшного суда и конца времен вновь выступают на передний план под влиянием событий и умонастроений эпохи.
Рассмотрим несколько ярких памятников итальянского Ренессанса, в которых отразились образы Откровения, порой причудливо переплетенные с фантазией il Sommo Poeta[58].
