Искусство Апокалипсиса полностью

Художник с поистине поразительным вниманием следует букве текста, не упуская ни единой детали; действие продолжает разворачиваться в строгом соответствии с описаниями Иоанна: являются четыре ангела, приготовленных, чтобы умертвить третью часть людей и конное войско (Откр. 9: 15–21); огромный ангел с радугой над головой сходит с небес, стоя одной ногой на земле, а другой на море и держа в руках книгу. «И видел я другого Ангела сильного, сходящего с неба, облеченного облаком; над головою его была радуга, и лице его как солнце, и ноги его как столпы огненные, в руке у него была книжка раскрытая. И поставил он правую ногу свою на море, а левую — на землю, и воскликнул громким голосом, как рыкает лев; и когда он воскликнул, тогда семь громов проговорили голосами своими. И когда семь громов проговорили голосами своими, я хотел было писать; но услышал голос с неба, говорящий мне: скрой, что говорили семь громов, и не пиши сего. И Ангел, которого я видел стоящим на море и на земле, поднял руку свою к небу» (Откр. 10: 1–5). Чтобы подчеркнуть его значимость и силу, Мемлинг увеличивает его масштаб, а Иоанн стоит на суше, на небольшом расстоянии от него, с поднятыми руками.

Заключительные сцены связаны с Женой, облеченной в Солнце, и красным драконом. Высоко в небе изображена Жена, держащая на руках своего Младенца, и на нее пытается нападать семиглавый красный дракон. Правее — битва архангела Михаила с драконом и его низвержение (Откр. 12); наконец, на самом дальнем плане, на морском горизонте, можно разглядеть, как дракон передает свою силу и власть выходящему из моря зверю (Откр. 13: 1–2).

Таким образом, пусть не весь Апокалипсис, но тринадцать из двадцати двух глав переданы художником максимально подробно. Некоторые сцены, например передача власти драконом, настолько малы, что их проблематично разглядеть даже с экрана монитора с большим увеличением, не говоря уже о том, что прихожане церкви явно не могли рассмотреть их все, однако художник тем не менее изобразил их с изысканным мастерством. Эта работа Мемлинга — самая ранняя из известных попыток визуализировать события видения Иоанна в одном изображении; до этого, как мы помним, каждое событие изображалось по отдельности либо программа произведения включала несколько конкретных сюжетов. Полотно Мемлинга как нельзя лучше передает визионерский характер Откровения, кроме того, некоторые исследователи считают его предвестником фантастических форм и видений, которые впоследствии станут визитной карточкой Босха.

Ранее, в 1467 году, Мемлинг уже обращался к апокалиптическим мотивам, создавая триптих «Страшный суд» по заказу флорентийского банкира Анджело Тани, управляющего филиалом банка Медичи в Брюгге. Мемлинг использовал иконографические схемы, которые веками складывались в западноевропейском искусстве, сочетая в себе мотивы Откровения и других библейских текстов. Выше мы уже говорили о том, что иконография этой сцены складывалась на основе самых разных источников, а не только Откровения Иоанна Богослова, поэтому не будем подробно останавливаться на данном произведении.

С приближением 1500 года в Европе вновь обострились эсхатологические ожидания. В 1498 году на волне этих настроений двадцатисемилетний Альбрехт Дюрер опубликовал еще одно издание текста Откровения, дополнив его пятнадцатью гравюрами. Эти гравюры прославили Дюрера и упрочили его репутацию во всей Европе, они и по сей день остаются одними из самых воспроизводимых произведений северного искусства.

«Апокалипсис» Дюрера, как и «Тайная вечеря» Леонардо или росписи Сикстинской капеллы, стал знаковым произведением искусства и визитной карточкой мастера.

Действительно, гравюры Дюрера перевернули представления художников об Апокалипсисе; ни один более поздний художник, обращавшийся к этой теме, уже не мог игнорировать шедевр Дюрера. Его композиции копировались не только в Германии, но и в Италии, Франции и России, причем не только в гравюре, но и в живописи, рельефах и т. д.