Гвидо покраснел и отвернулся.
— Ты не прав, братишка, — заметил я, –
На рынке я еще раз вспомнил, что это не реальность, это игра. Среди лошадей не оказалось ни кляч, ни слишком буйных. Они мало отличались по цене и беговым характеристикам, так что выбирали мы только масть. Я с трудом отказался от идеи выехать из города на белом коне. Пижонство. Отказаться от вороного у меня не хватило сил. Белого коня выбрал Алекс. Роберто чувствовал себя неуверенно, и я его успокоил:
— Это не слишком сложно. Давай выберем тебе вон того, каракового… — Я показал на массивного, очень красивого жеребца.
— Э-э-э, ну давай, я в них не разбираюсь.
— А зебры тут нет, — разочарованно констатировал Тони.
— Я же говорил, что их не бывает, — ответил я.
В конце концов, обеднев на триста пятьдесят корон, мы, очень гордые собой, выехали с рынка в сторону гномьей слободы. На советы торговцев, к кому именно следует обратиться, чтобы подковать наших лошадок, мы не обратили внимания: кто из гномов кому платит за рекламу фамильного бизнеса, нас не интересовало.
Гном Двалин и его ближайшие родственники встретили нас как родных. Снаряжение, которое могло бы нам понадобиться, было уже вытащено из сундуков и разложено на обозрение.
Гномы прижимистые, но на редкость честные существа, это знает любой мальчишка, играющий на компе в разные игры, поэтому я оставил в кошельке полсотни корон, а все остальное мы вытрясли на стол.
— Больше ничего нет, — прокомментировал я.
Двалин понимающе покивал:
— Шлемы и кольчуги гномьей работы, огнеупорные плащи. Так, лошадей вы уже купили… Шпоры.
— Подковали? — поинтересовался Глойн.
Я отрицательно помотал головой, гном понимающе кивнул:
— Заговорить от огня, — с полувопросительной интонацией предложил он и, не ожидая ответа, отправился к коновязи. Сервис как в лучших домах…
— Мечи на стол, кинжалы тоже, — резко велел Двалин.
Мы послушались. Изделия гномов Синих гор забракованы не были.
— Годится, — проворчал гном.
Мы убрали мечи в ножны. Кинжалы тоже подверглись изучению, и мастер одобрил только некоторые из них.
— Тебе не нужен клинок подлиннее? — обратился он ко мне.
— И потяжелее, — согласился я.
Через пару минут я оказался обладателем самой настоящей даги. Не вакидзаси, но лучше, чем ничего.
— Пригодится, — по своему обыкновению проворчал гном, — кинжал тоже забери, порося есть сгодится.
— Я тоже так думаю, — вежливо ответил я, пристегивая клинок в ножнах к поясу.
Кольчуга весит килограмма четыре, та, что досталась Тони, чуть полегче. Ходить в железе целый день наверняка будет тяжело. А еще в ней жарко, да еще и гамбизон — кожаная рубашка, надеваемая под кольчугу, — воздух не пропускает. Мы тихо хмыкали, глядя друг на друга. «Вы что, в первый раз?» — проворчал Двалин. Мы посмеялись, но признаваться, что да, в первый, не стали.
— У нас еще появились трофеи, — заметил Гвидо, — нет ли среди них чего-нибудь полезного?
Семь из принесенных нами восьми трофейных мечей Двалин непочтительно бросил на пол и подтолкнул ногой в сторону Балина:
— В печку. Человечья работа.
Туда же отправились и кинжалы, больше пригодные для разделки жареных гусей, чем для боя.
Меч Коршуна Двалин рассматривал долго и внимательно, так что мы уже начали скучать. Длинный, слегка изогнутый клинок, для меня тяжеловат, но гораздо более удобный, чем только что выброшенные в переплавку прямые клинки остальных разбойников; сталь покрыта чернью и золотым орнаментом в виде переплетающихся змей. Гарда тоже в виде змеи с двумя головами и без хвоста.
— Ммм, хмм, кхе-кхе, — произнес Двалин, прежде чем сказать что-нибудь осмысленное. Мы заинтересовались.
— Возьми его с собой, — обратился Двалин ко мне, — против дракона он вам не поможет, но все равно возьми.
— Зачем тогда брать? — изумился Тони.
— Один мой приятель однажды пошел в лес за диким медом, — начал Двалин наставительно, — и взял с собой только нож и дикий чеснок, чтобы отпугивать пчел. Жаль, что волки не были осведомлены о его мирных намерениях.
— Понятно, — согласился я. — А против кого он поможет?
Двалин сузил глаза и посмотрел на нас испытующе:
— Против того, кого боится даже дракон. И его не убьешь другим оружием.
От его тона у меня похолодело под диафрагмой. Гном ждал нашей реакции на его слова.
— Зачем бы ящеру красивые девушки, — заметил я.
— Точно, — подхватил Алекс. — Для него естественно было бы воровать хорошеньких ящериц.
Двалин довольно улыбнулся: до мальчишек дошло.
— А вы не знаете, кто такой барон Уэллинг? — спросил Лео. Что бы я без чего делал? Самым главным не поинтересовался.
Гном удивленно поднял брови:
— Вы и впрямь издалека, молодые люди. Первый королевский советник.
