— А где находится столица и королевская резиденция? — поинтересовался я.
— Кейстор в пятидесяти милях к западу отсюда.
— Ясно, спасибо. А Трехгорье?
— Это к северу. Из северных ворот прямая дорога.
— Тони правильно выбрал, в какую сторону нам идти, — заметил Роберто.
— Угу, — согласился я, — а то бы от нас уже остались одни головешки.
— Какая разница, когда именно от нас останутся одни головешки? — поинтересовался Алекс.
— Не каркай! — хором осадили его остальные.
— Изделия, выходящие из моей мастерской, — обиженно начал Двалин, — на весь мир славятся своим качеством…
— О! Прошу прощения! — извинился Алекс. — Я еще не привык к мысли, что у нас появился шанс.
Судя по высоте солнца над горизонтом, до заката оставалось не больше часа, когда мы, нагруженные снаряжением, напутствиями и даже сдачей (двести семьдесят корон) с аванса за неубитого дракона и награды за убитого Коршуна, верхами выехали из гномьей слободы в сторону городских ворот.
— Мы не купили отраву, — заметил Роберто, он довольно быстро освоился в седле, в отличие от Тони, у которого все силы уходили на управление конем.
— И барана, — добавил я, — в Трехгорье наверняка найдется и то и другое. Давайте лучше поймем, в какую интригу мы тут вляпались, — предложил я.
— У-у-у, — потянул Алекс, — на горизонте появился кто-то очень страшный и загадочный. А Уэллинг — местный государственный деятель. Принцесса ему без надобности, он и так всем тут вертит.
— Убедительно, — согласился Лео, — осталось выяснить мелочь: хороший он парень или плохой?
— И вторую мелочь, — заметил я, — примитивен ли этот мир настолько, чтобы в нем имели смысл подобные вопросы.
Через городские ворота мы проехали уже перед самым закрытием. Забавно, что денег с нас не потребовали. После этого мы слегка заблудились, темнело стремительно, а к трактиру мы в прошлый раз подошли не с той стороны и ушли не в ту сторону.
— процитировал я.
— Ты это к тому, что пора ужинать, или к тому, что мы потерялись? — поинтересовался Алекс, посмеиваясь.
— И то и другое, — ответил я, — только шорьков не хватает.
— Угу, — согласился Лео, — интересно, где находятся их гнезда в темноте?
— Ой, — сказал Тони, — что это вы тут наговорили?
— Пырялись, — пояснил я с самым важным шалтай-болтайским видом, — значит прыгали, ныряли и вертелись. А отравим мы этого Бармаглота зелюком, ибо, судя по цвету, они наверняка протухли еще при рождении.
Все расхохотались.
До трактира мы добрались с сигналом тушения огней, когда трактирщик с помощью вышибалы вежливо выставлял за порог припозднившихся клиентов. Странно, я был уверен, что после нашего ухода он закроет заведение до самого вечера — надо же привести зал в порядок. А впрочем — зачем упускать тройную выгоду (а если бы мы не отправились за снаряжением, то и десятикратную)… Все-таки во мне еще не умер бизнесмен, и, похоже, даже не агонизирует.
Оглядев наших лошадок и одобрительно поцокав языком, трактирщик предложил нам поставить их в конюшню.
Я в очередной раз вспомнил, что это игра: надо ухаживать за лошадьми или не надо? Но портить удовольствие друзьям не стал, а вместо этого предложил расседлать, вытереть, накормить и напоить наших коняг. Потом трактирщик накормил и напоил нас.
Спать мы улеглись в пустой комнатушке на втором этаже, расстелив на полу все одеяла и завернувшись в непромокаемые и несгораемые гномьи плащи. Они оказались еще и теплыми, и спать в них было очень уютно.
Наутро мы все уже дрожали от нетерпения. Ну почему дракон не мог выбрать себе логово где-нибудь поближе к городу?! Далось ему это Трехгорье!
Денег трактирщик с нас не взял (наверное, кошелек Коршуна был туго набит) и предложил заезжать еще и когда угодно.
— И в каком угодно состоянии и совсем без денег? — с иронией поинтересовался я.
Он серьезно кивнул и посмотрел на меня неодобрительно:
— Храбрые рыцари полагают, что только они умеют быть благодарными.
Мне стало стыдно — он, конечно, прав. Пришлось извиняться.
Полдня мы скакали по довольно однообразной дороге, на север, в Трехгорье. За это время Роберто и Тони научились уверенно чувствовать себя в седле.
Трехгорье оказалось большим, совсем недавно процветавшим селом — близость драконьего логова не пошла ему на пользу. От большой каменной церкви остались одни обгорелые стены, а купол во время пожара рухнул вниз. Некоторые дома были покрыты новой соломой, надо полагать, взамен сгоревшей. Общая атмосфера подействовала на нас гнетуще, как будто мы из яркого солнечного полдня попали в сырой подвал.
Местные мальчишки, вместо того чтобы сопровождать нас любопытными взглядами, а то и бежать следом, рванули на третьей скорости куда-то к центру села. Мы удивленно переглянулись.
— Они боятся, что, съев нас, дракон устроит сладкую жизнь им, — пояснил Лео.
— Угу, — согласился я, — тут установилось какое-никакое равновесие, а мы приехали его нарушить. А крестьяне ни от каких перемен ничего доброго не ждут. Испокон веков.
