На тренировке по кемпо к нам подошел Дронеро. Чего это он так ко мне приглядывается?
— Что у тебя с рукой? — поинтересовался он. Я пожал плечами:
— Поранился о проволоку, еще позавчера.
— И до сих пор болит? Покажи, — велел он.
Я показал.
— К врачу ходил?
Я помотал головой:
— Это же ерунда!
— Пороть тебя надо, каждый день, два раза! Шагом марш к врачу! Немедленно, — рассердился Дронеро.
— Послезавтра же соревнования! — воззвал я к его спортивному духу.
— Ты еще здесь? Еще одно слово — и я тебя к ним не допущу.
Я сначала удрал с татами и, только направляясь в медпункт, понял, что он не может меня не допустить. Сзади кто-то шел. Я обернулся: Лео и Роберто.
— Я знаю дорогу! — вспылил я.
— Скандиано тоже, — невозмутимо возразил Лео.
Черт, этот хитрый придурок действительно превратился в проблему.
Мой эскорт оставил меня уже перед дверью врачебного кабинета.
Я вошел и продемонстрировал синьору Адидже свою руку.
Врач поднял брови:
— Давно?
— Третий день.
— Я думал, ты умный. Будем вскрывать. И четыре дня интенсивной регенерации.
Я сжал руку в кулак:
— Послезавтра кемпо!
— Позавчера надо было думать!
— Что, медицина бессильна? — поинтересовался я ехидно.
— Медицина бессильна вложить в твою голову немного ума, а в остальном…
— До послезавтра заживет? — спросил я с надеждой.
Синьор Адидже задумался:
— А тебе это так важно? Вроде бы не все должны принимать участие?
— Я надеюсь занять первое место, — признался я неохотно.
— Ммм, ну кое-что сделать можно. Сейчас я вскрою, а завтра утром и вечером явишься на регенерацию. Безболезненных соревнований я тебе не обещаю, но рука будет работать.
— Спасибо! — улыбнулся я.
— Это ты поранился, когда своего друга от колючей проволоки отцеплял, да? — спросил он меня, делая обезболивающий укол.
— Умгу.
— Вы здорово придумали, я даже пожалел, что не за вас начал болеть.
— А за кого вы болели?
— За Скандиано. Ко мне накануне прихромал мальчик из их команды, очень был огорчен. Вроде тебя, хотел поскорее выздороветь, радовался, что больная нога стрелять не помешает, а к кемпо он поправится. Не знаешь его?
— Не-е.
— Ну так вы завтра у меня здесь и познакомитесь.
Врач замолчал: ему надо было сосредоточиться.
Они еще и лицемеры! Фу! Зачем вид-то делать?
Встать мне разрешили только через час. Тоска зеленая лежать на операционном столе. Хорошо хоть наркоз был местный, а не общий.
Я прислушался к своим ощущениям. Рука продолжала болеть, даже сильнее, чем раньше, но за нервы не дергала.
— И не вздумай отжиматься, подтягиваться, и чем вы еще развлекаетесь… — предостерег меня врач.
— Ясно, спасибо вам.
— И завтра после завтрака придешь сюда.
— Да, синьор Адидже!
Очень довольный, что он не снимет меня с соревнований, я испарился в коридор. Там меня терпеливо ждали Лео и Роберто.
— Ну как?
— Все нормально! — весело отозвался я. — Еще пара процедур завтра, и буду как новенький. А вы все кемпо тут профилонили.
— Не ослабеем! — огрызнулся Роберто.
После отбоя Алекс решил узнать, что я придумал.
— Во-первых, я ничего не сочинил, весь день думал только о чертовски болящей руке, — ответил я сердито. — А во-вторых, если ты не хочешь спать, выйди наружу и отожмись пятьдесят раз. Сам.
— Энрик! — удивился Алекс. — Что с тобой?
— Мне врач запретил отжиматься. И вообще всё запретил, так что нарываться…
— Ясно. Спокойной ночи, — проворчал Алекс.
Чего я на него набросился? Он же не знал!
— Извини, — пробормотал я. — Я не совсем в форме, вот и бросаюсь.
— Угу.
Черт! Я действительно об этом просто забыл. Во-первых, я обещал, а во-вторых, с тех пор они попытались напасть на меня втроем. Я бы с ними справился, хотя и это еще не факт — с такой-то рукой. А для остальных это гораздо опаснее. Лео или Роберто могли бы доказать этим типам всю неправильность их поведения, а вот Алекс или Гвидо в такой ситуации могут пострадать очень сильно, если никто не заметит эту кошмарную картину «втроем на одного». И все-таки воспитательное воздействие (а никаких других средств у меня нет) не по моей части. «Тебе бы только стрелять и кулаками размахивать!» — заявил сердитый внутренний голос. «А как же, это по моей части», — ответил я.
После завтрака я, как и обещал, пошел к врачу, опять с эскортом.
— Вам, что, делать нечего? — ехидно поинтересовался я.
— Конечно, — невозмутимо согласился Роберто.
Скоро они с Лео будут просто как близнецы: говорят уже одинаково.
— Энрик! — укоризненно добавил Лео. — Ты бы никого одного не отпустил…
— Почему ты всегда прав?! — взвыл я.
— Умный очень, — парировал Лео.
На этот раз ребята устроились на крылечке медпункта. Хм, завтра отпустят меня метров на сто, послезавтра еще подальше. Я помотал головой: какие мысли в голову лезут! И вспомнил, как Стромболи грозился посадить меня на короткий поводок: вот так он и выглядит. Ужасно.
Синьор Адидже полюбовался моей рукой и повел в соседнюю комнату, там на кушетке уже лежал какой-то парень, опустив ногу в резервуар с регенерантом.
— Ты тоже можешь полежать, — заметил врач.
— Не-е, зачем?
— Не надо? Ладно, дай сюда свою лапу. Немного пощиплет, — предупредил он, — зато быстро.
— Да, спасибо, — ответил я.
