— Ну, не скучайте, — добавил он, опустив мою левую ладонь в теплую маслянистую жидкость (мне сразу захотелось вымыть руки) и застегнув манжет на моем запястье.
Врач ушел. Так я у него и не спросил, сколько мне здесь сидеть в таком дурацком положении.
Над подоконником появились голова и плечи Лео:
— Энрик! Ты как?
— Сижу! — огрызнулся я. — Жду.
— Понятно. Долго?
— Не знаю, не спросил. Сходи выясни, тебе ответят.
— Это почему? — весело осведомился Лео.
— Вид у тебя такой, серьезный.
— Ладно, сейчас узнаю. Подожди немного.
Голова Лео исчезла.
— Ты Энрик Галларате? — нарушил молчание мой сосед.
— Угу, — кивнул я, знакомиться с этим типом не хотелось. Но придется, я кое-что обещал ребятам.
— Ты чего такой злой? — удивленно поинтересовался парень.
— Ты из команды Скандиано?
— Ну.
— Он похвастался своей лисьей хитростью. Не противно?
— О черт! — Он покраснел и отвернулся.
Пара минут молчания.
— И зачем он тебе сказал?
— Ну, я не обещал хранить его грязные тайны, но лучше спроси у него сам. Это ваши разборки.
— Думаешь, я сам себе ногу порезал?! — Он повернулся ко мне лицом.
Сейчас мне откроют еще и подробности! Кошмар.
— Теперь нет. Храбрый ты, не боишься ночевать с ним в одной палатке. Я бы не рискнул.
Парень испытующе посмотрел на меня, прищурив глаза:
— А что бы ты делал?
Хм, кажется, он не просто огрызнулся, ему это в самом деле интересно. Ммм, и что я ему отвечу? Внесу раскол в ряды противника? Да какой этот Валентино, к черту, противник. Просто мелкий пакостник, которому вовремя не дали за это по морде. Зато объяснили, что надо побеждать, побеждать и побеждать. Любой ценой. И других правил не существует.
— Молчишь?! — спросил мой сосед. — Вот то-то.
— Я думаю! — рявкнул я. — И тебе бы тоже не помешало этим заняться. Что делать? Что делать? — передразнил я его. — Сидеть и плакать, как девчонки!
Он опять отвернулся к стенке. Мою руку стало чувствительно припекать: так мне и надо. Положение у этого парня… хуже не придумаешь. Они же еще зимой, наверное, о чем-то договорились. И теперь ему надо держать слово.
— Ладно, — сказал я примирительно. — Как тебя зовут?
— Джакомо, — ответил он, оборачиваясь.
В этот момент в окне появились голова и плечи Роберто.
— Вы по очереди друг друга подсаживаете? — спросил я.
— Ага. Тебе еще три часа тут париться, и без нас никуда не уходи. Мы за тобой придем.
— Вот развелось начальства на мою голову! — взвыл я.
— Энрик, или ты обещаешь — или мы никуда не уйдем. И вечером Бовес прикажет нам отжаться столько раз…
— Ладно, дождусь, — проворчал я.
— Вот и хорошо. Принести тебе комп? Почитаешь.
— Не-е, не надо. Идите тренируйтесь.
— Есть, командир, — ухмыльнулся Роберто и свалился вниз. Наверное, Лео надоело его держать: долго болтаем.
— К тебе приходят… — потянул Джакомо, — а ко мне ни разу. Тренироваться надо. А зачем твои ребята собрались тебя встречать?
— Ну, Скандиано с приятелями, вместо того чтобы навещать тебя, устраивает засады на меня. А с такой рукой я не очень-то хорош в драке.
— А тебя как угораздило?
— Отрывал Роберто, ты его только что видел, от колючей проволоки. Его синьор Адидже осматривал и лечил принудительно, а меня не догадался. Ну и я тоже, тот еще дурак, — я вздохнул.
— Понятно. И ты завтра будешь участвовать?
— Конечно.
— А вдруг ты и завтра будешь плох в драке? — не слишком весело ухмыльнулся он.
— Завтра со мной все будет в порядке. А хотя бы и нет, то что?
— Тогда вы будете на каком-нибудь таком месте… ну, во второй десятке.
— Вряд ли. К тому же мы заявляемся вчетвером. Тони еще маленький и Гвидо тоже…
Почему-то мне не хотелось рассказывать ему правду. Вдруг он проболтается своим, и Гвидо от этого как-нибудь пострадает, а то, что ему еще не исполнилось четырнадцать, никакая не тайна.
— А если бы надо было заявляться всем? — Он посмотрел на меня испытующе.
— Резать кого-нибудь ножом я бы не стал, однозначно. Ну, проиграли бы, это обидно, но и все, — ответил я. — Ты не видел, как мы бежали полосы препятствий?
— Видел, — тоскливо вздохнул он. — Но если уж ты все это придумал…
— Не-е, такое, как твоему Валентино, мне бы в голову не пришло, это точно.
— Он такой же мой, как и твой!
Я криво ухмыльнулся:
— Вот именно, если бы ты сказал «твой Лео», я не стал бы протестовать.
— Ты мне что, мораль читать нанялся?! — вспылил он.
— А тебе этого не нужно? — ехидно спросил я.
— Нет! Не я же подкарауливал тебя в темной аллее!
— Да, не подкарауливал. А почему?
— Вместе с Валентино, наверное, были Альфредо и Франческо.
— Ну, я их не знаю, но их действительно было трое. Ясно. Извини.
Вот черт! Через пару часов, или раньше, этот парень пойдет выяснять отношения со своими однокомандниками. И что с ним будет? Я, конечно, хорош, такой свободный, говорю и делаю что хочу. Так за моей спиной друзья, которые не предадут и не оставят ни за что. А Джакомо что будет делать? Во что ему обойдутся мои откровения? Чего я добиваюсь? Еще одной истории, как с Линаро?
— Что ты собираешься делать? — спросил я.
— Да уж найду что!
— Глупо! Ты просто получишь по морде — и все.
— Скорее он получит по морде.
— Если согласится разбираться один на один, то может быть.
