Этого я уже не выдержал: вскочил и обрушился на него сверху. Мы покатились в сторону моря. На линии прибоя снизу был я. Почему ему всегда так везет?.. Мы искупались (скоро будет уже нельзя: закат) и опять пошли позаниматься делом, хватит дурака… э-э, то есть умного, конечно, по пляжу валять.
— Ладно, — предложил я, когда мы вернулись на старое место: здесь не слишком раскаленный песок, — поехали дальше.
— Угу. Побеждает та армия, которая перестреляет всех остальных. К сумме мест каждой команде прибавляется соответственно один, шесть, одиннадцать или шестнадцать. Второе, третье и четвертое места зависят от времени жизни армии.
— Ясно. А если к концу игры останутся целы две армии?
— Тогда — дележка мест.
— Кто мешает спрятать нескольких своих бойцов так, чтобы их никто не нашел?
— Никто. Но еще никому не удавалось.
— Странно, лес, я так понял, сорок квадратных километров. Ну ладно, это пока неактуально. Союзы заключать можно?
— Никто не мешает. Но с тобой ни Эрнесто, ни Скандиано в союз вступать не будут: в их интересах уничтожить нас пораньше, только так у них появится шанс на победу. И между собой они не договорятся, потому что тогда у Скандиано нет шансов.
— Ммм, может быть, его устраивает быть вторым, если первые не мы.
— Может быть, — задумчиво сказал Алекс. — Наверное, Лео был прав, Скандиано собирается идти в школу при военном училище. А туда полезно бывает принести медали и грамоты из летних лагерей. А если у него еще будут рекомендации от Ловере, то только очень большая тупость может помешать ему поступить.
— Понятно. А он сволочь, но далеко не дурак. И Эрнест об этом не знает. Поэтому такой союз вполне возможен.
— Час от часу не легче. Я тебе еще не всё сказал. Лес поделен на четыре сектора, и в первые шесть часов пересекать границы запрещено. Зато потом полная свобода. Поэтому воюют все в основном по ночам.
— Понятно. Сектора распределяются по жребию?
— Э-э-э, не знаю.
Феб закатился за горизонт, и вдоль пляжа зажглись неяркие фонари; когда мы вернемся с ужина, погаснут и они — дальше каждый обеспечивает себе освещение сам.
Я утомленно закрыл глаза и замурлыкал что-то немелодичное. Надо подумать. Алекс благоговейно замолчал — Александр Македонский с Пальмаролы думать будет! Покусай его летучие коты! А сам он думать не собирается?
Ладно. Моя старая идея с лазаньем по деревьям, плюс снайпер, плюс возможность подчинить ему еще несколько прилично стреляющих ребят… Алекс будет командовать разведкой — отведет душу. Остальное спланировать заранее не удастся: я не знаю, какой участок леса мне достанется и что будут делать наши противники.
По песку в нашу сторону кто-то шел. Два человека, и походка незнакомая. Я открыл глаза: к нам приближались двое наших ровесников, оба были смущены, а может быть, даже немного напуганы.
Я приподнялся на локтях: они наверняка к нам, наша палатка и естественно сложившаяся территория на пляже — крайняя. Ребята остановились прямо передо мной, оба кусали губы, не зная, как начать разговор. Я вопросительно поднял брови, и один из них расхрабрился:
— Привет! Энрик — это ты?
— Я, — честно признался я.
— Я — Крис, а это Бенни, — представился он и представил своего спутника.
Крис лишь слегка уступал габаритами Лео, а Бенни, напротив, был маленьким, зато подвижным, как дикая кошка.
Я поднялся и пожал протянутые мне руки: на наглого Валентино ребята ну совсем не походили.
Молчание затянулось.
— Странные имена, — неуверенно сказал я.
— Вообще-то, я — Христофор, а он — Бенвенуто, но представляешь…
— Да, — согласился я, — в бою очень неудобно.
— Мы вот по какому поводу… Моя команда сейчас на восьмом, а Бенни на девятом…
Спасибо им огромное! Мне надо было сразу взять инициативу на себя, и всё, никакой карбонарской вольницы!
— Понятно, значит, вы теперь мои офицеры.
Мальчишки польщенно заулыбались.
— Ну да, — наконец-то Бенни открыл рот и что-то произнес.
Алекс нашел в себе силы победить лень и подняться на ноги, поэтому я и его представил:
— Это Алекс, он будет у нас командовать разведкой.
— Э-э-э??? — Алекс опустил голову и покраснел. — Ну-у, в общем…
— Вообще-то он умеет говорить, — ехидно заметил я.
— Гром тебя разрази! — взорвался Алекс. — Забыл Мачерату?!
— Мы же поумнели, — возразил я, внутренне хохоча, но с самым серьезным видом.
— Ну ладно, — неохотно согласился Алекс.
Хм, если бы так долго мучился Лео, я бы не удивился, но Алекс… Он же шалопай вроде меня.
Как заправский командующий я предложил всем сесть. Ребята так и сделали и воззрились на меня: приказывай! Ага, щас! Опять я не знаю, что сказать. Ммм, сейчас я займусь организацией, а потом мы потратим первые шесть часов игры с толком.
— Гвидо! — позвал я, он как раз выбрался из палатки.
Гвидо подошел к нам. Я представил ему ребят.
— Ты будешь моим начальником штаба, — заявил я безапелляционно, — поэтому сегодня вечером ты сходишь познакомиться с ребятами Криса и Бенни, и постарайся еще с теми командами, которые на шестнадцатом и семнадцатом местах.
— Ясно, — кивнул ошарашенный и потрясенный свалившейся на него ответственностью Гвидо.
