— Угу, — ответил Лео и свалил парня на мой спальник.
— Спасибо большое! А спать я буду на красном пятне.
— Гвидо, сними с него комбинезон, — скомандовал наш снайпер, командир элитной роты, мой первый зам, по совместительству фельдшер и прочая, прочая, прочая, доставая аптечку.
Я грозно воззрился на нашего пленника:
— В лагере «Дракона», — проникновенно промурлыкал я, — я одному выстрелил в ягодицу, сантиметров с тридцати. Больно, наверное, очень. И потом будет стыдно признаваться, куда тебя подстрелили. Или ты сию же минуту даешь слово, что не сбежишь и не будешь вредить моей армии, или я и тебя так подстрелю.
— Ну подстрели!
Черт бы его подрал! Чего он добивается? Понятно, чего! Вопрос вовсе не риторический! Парень — действительно последний из «орлов».
— Ладно, — примирительно сказал я. — Давай договоримся так: ты даешь мне слово, а я объявляю тебя «убитым» после того, как мы разберемся со Скандиано.
— А «Дельфина» ты за что так любишь?
— Второго места Эрнесто не заслужил. А Джорджо заслужил, — возразил я.
— Ты так уверен в победе!
— Я обязан.
— А если я дам слово, а потом нарушу?
— А вот это будет твоя проблема! Лично я после этого руки тебе не подам. И не только я.
— Ладно… — проворчал он.
Я поднял брови в ожидании.
— Я обещаю не бежать и не вредить армии «Прыгающий тигр».
— Хорошо, — я разрезал веревки на руках и ногах Джена.
Он потер затекшие запястья. Я опустился на спальник Гвидо и начал разуваться: война подождет, я сейчас надену сухие носки, поменяю белье и только после этого вновь влезу в грязный, как я не знаю что, комбинезон и непромокаемые ботинки, в которых громко хлюпает вода.
Я еще только расстегивал липучки у себя на груди, как Алекс связался со мной по комму:
— Энрик!
— Семь.
— Десять. «Дельфины», не меньше двадцати пяти, вдоль ручья в нашу сторону, минут через двадцать будут.
— Понял.
Я прервал связь.
— Гвидо. Буди всех, занимаем оборону, только тихо.
— Что?!
— Джорджо решил нас перебить.
Гвидо ракетой вылетел из палатки. Я продолжал расстегиваться, Лео обернулся ко мне:
— А ты спать собрался?
— Я успею.
— Ну-ну.
— Как этот парень? — спросил я.
— Хуже, чем Тони после скалолазания. Вздохни еще поглубже. Ты точно ничего не сломал? — обратился Лео к своему пациенту.
Тот помотал головой.
— Да ладно, — сказал я, — я разрешаю тебе разговаривать. Тебя как зовут?
— Карло.
— Джен, — решительно велел я, — бери аптечку, займись Карло, а мы идем драться. Скоро вернемся. Роберто, вставай!
— Что?! — подскочил он.
— Пошли, перебьем «дельфинов».
Не теряя ни мгновения, Роберто выскочил наружу. Лео осуждающе покачал головой в мой адрес и направился за ним. Я переоделся, вылил из ботинок воду, натянул сухие чистые носки, которые, разумеется, сразу же промокли, и отправился отражать нападение. Вчера Джорджо был такой мирный-мирный, а сегодня такой агрессивный. Половина «тигров» сидела на ветвях окрестных деревьев. Да… надо было выбрать какую-нибудь птицу в качестве эмблемы. Я пристроился на животе рядом с Гвидо.
— Переберись вон за ту кочку, видишь? — приказал мне начальник штаба. — Они будут минут через пять.
Я отполз, куда мне было велено: действительно хорошая позиция.
— Кажется, — раздался в наушнике голос Гвидо, — они надеются застать нас врасплох.
— Ага, — согласился я. — Я тоже надеюсь. Командуй. Ты тут лучше ориентируешься. Включи общий канал.
— Есть, — откликнулся донельзя довольный оказанным доверием братишка.
— Энрик!
— Десять.
— Семь. Это Тома. Человек пять пересекли ручей.
— Ясно. Дальше докладывай Гвидо.
— Есть.
Я пересказал начальнику штаба сообщение разведчика.
— Все в порядке, — откликнулся Гвидо, — у нас там на деревьях… Внимание! — сказал он по общему каналу. — Сразу после меня можно стрелять.
Через пару минут, в зловещей мертвой тишине (даже птицы примолкли), в секторе обстрела появились солдат противника.
— Огонь, — скомандовал Гвидо и сам сразу же подстрелил двоих.
Любоваться братишкой в бою было некогда. Я выстрелил дважды — и оба раза попал. «Дельфины» залегли. Я видел три головы, но стрелять не мог. Настало время наших дриад. «Чпок, чпок, чпок», — раздавалось со всех сторон.
— Уходим! — услышал я чей-то голос. Наверняка, Джорджо. Ох, хорошо бы его кто-нибудь подстрелил. Один раз он попал в засаду, второго не будет.
— О черт! — услышал я на общем канале.
В этот момент разверзлись небеса:
— Владелец бластера 7312, ты «убит»! — раздался очень сердитый голос капитана Ловере. — В голову стрелять нельзя. Тот, кому попали, считается выжившим.
Гвидо не стал дожидаться моего вопроса:
— Бенни получил прямо по очкам.
— Ясно. Они уходят. Не вздумай поднимать всех в атаку.
— Ладно, — с разочарованием в голосе согласился Гвидо.
Мы услышали еще несколько выстрелов: наши ребята на деревьях всё еще видят отступающих «дельфинов».
— Не вставать! — приказал Гвидо ребятам. — Лео, проверь, не осталось ли кого.
— Есть.
Десять минут ожидания.
— Тут лежит один, я не знаю, «мертв» он или нет.
— Ну так подстрели его!
— Не могу, вижу только голову.
— Лео, где он? — вмешался я в разговор.
— На другом берегу от тебя, у гравийной отмели.
